Обет молчания

Но понимал, что ему не поверят. Им очень важно было узнать, кто и что говорил ему. Но еще больше — что говорил он. Именно для этого они вытащили его из «тюрьмы», устроив пожар и организовав его тушение.

Они хотят исключить утечку информации. Хотят быть уверенными в сохранении Тайны. На сто десять процентов уверенными. И поэтому им будет мало слов…

— Так ты утверждаешь, что он предлагал тебе иммиграцию в США или третьи страны?

— Предлагал.

— А почему же ты не согласился? Ведь ты же хотел, ты понимал, что имел шанс уйти и начать новую жизнь. Хотел?

— Хотел.

— Так почему же не принял предложение?

— Я был уверен, что он меня обманет. Что узнает все, что его интересует, и зачистит.

— Вполне вероятно…

Он не сбился ни разу. Он не сбился ни разу, потому что не лгал.

Но они все-таки притащили детектор лжи!

— Ты лжешь?

— Нет.

— Но, может быть, искажаешь информацию?

— Нет.

— Ты о чем-то умалчиваешь?

— Нет.

— Тебе предлагали уйти за границу. Ты хотел принять предложение?

— Да.

— И принял его?

— Нет.

— Ты рассказал о том, кто ты?

— Нет.

— Но, может быть, намекнул?

— Нет…

Полиграф ни разу не поймал его на лжи. Потому что он не лгал.

Но тем не менее они провели наркодопрос. В сцепке с детектором лжи.

— Ты должен рассказать нам все. Должен рассказать нам правду.

— Да… Я знаю…

— Тебя перевербовали?

— Нет.

— Но хотели?

— Нет, их интересовала только информация.

— Которую ты им дал!

— Нет, я ничего не сказал.

— Или все-таки сказал?

— Нет.

— Намекнул?

— Нет.

— Но хотел? Сомневался? Боялся?..

— Нет.

Да.

Да.

Нет…"

"Дальше должен был последовать ультразвук. И СВЧ-облучение. И торсионное излучение. Потому что, когда хотят узнать правду, все действуют одинаково.

Они подвергнут его торсионному облучению, лишат разума. И ликвидируют.

Или не подвергнут. Но все равно ликвидируют.

Потому что он засветился. И значит, бесполезен. А бесполезных работников Контора отправляет на «заслуженный отдых». На вечный отдых. Чтобы не раскрыть себя. Чтобы не подставить действующих агентов.

Таковы правила.

А кто виноват — ты или обстоятельства, не важно. Уже не важно.

Его не убили там. Его убьют здесь. Но убьют в любом случае. И ничего тут не сделать. Хотя бы потому, что туда, спасая его, пришла Контора. А сюда никто уже прийти не может.

Все. Конечная станция. Можно освобождать вагоны…

Когда за ним пришли и вывели из «палаты», он уже знал, куда его ведут.

Его поведут по коридору до ближайшего лифта. И спустят на лифте вниз, в подвал…

Его довели до лифта. И спустили в подвал.

Потом по коридору доведут до гаража…

По широкому, без дверей коридору они дошли до подземного гаража.

Посадят в машину, в рефрижератор или закамуфлированный под бензовоз микроавтобус…

Его подвели к бензовозу.