Моль

Катались вокруг него на паровозике, или бродили по рождественской ярмарке на Ратушной площади… Или заходили на каток, или катались с горки на Певческом поле… Или просто сидели в небольших кофейнях, которых много в этой части города… Света всегда старалась находить время для дочери. Как правило, у нее это отлично получалось. Только в последний месяц на работе слишком много всего навалилось.

Света вошла в двери ресторана. С интересом осмотрелась. Центральное освещение в зале было приглушено. На небольших круглых столиках располагались изысканные лампы. Теплым янтарным светом они золотили деревянные панели, которыми были обшиты стены помещения. Вокруг столиков расположились красивые кресла, оббитые изумрудно-зеленой кожей. Ей понравился лаконичный английский стиль, в котором был выдержан интерьер заведения. Такой себе джентльменский клуб… Тем интереснее, почему Эльза настолько прикипела к этому месту.

- Мамочка! – что есть мочи заорала девочка, привлекая к себе внимание всех немногочисленных гостей заведения.

Света стремительно прошла через зал, поцеловала отца, подпрыгивающую от нетерпения дочь:

- Эльза Ильвес… Ты орешь, совсем не как леди.

Эльза сделал страшные глаза, и прикрыла губки-бантики маленькой ручкой. Для нее не было ничего хуже, чем быть не как леди.

- Прости, мамочка, - громко зашептала она, забираясь к Свете на руки. – Только я соскучилась. И расстроилась. Потому что молодой Талл ушел. А старый Талл не умеет готовить мне домики из котлеток.

Из-за бара Свете махнул рукой высокий и крепкий пожилой мужчина. По всей видимости, старый Талл.

- И куда же подевался молодой Талл? – ухмыльнулась Моль, устраивая дочь в рядом стоящий детский стульчик, сидя на котором она могла с успехом доставать до стола.

- Марк уехал разбираться с поставщиками, которые намедни продали им партию тухлой рыбы.

Света кивнула, расправила салфетку, открыла меню. Заинтересованно в него уставилась:

- Ну, и что же ты мне посоветуешь попробовать? – спрашивает у отца, улыбаясь. Настроение просто великолепное. На душе, по совершенно непонятной причине, было солнечно и необычайно радостно.

- Здесь отлично готовят камбалу.

Она опять смеется, запрокинув голову. И ничего не понимающая Эльза хохочет вслед за ней. Света гладит девочку по русой макушке и задорно интересуется:

- А камбала-то не из вчерашней протухшей партии?

- Обижаете. – Раздается по-эстонски за спиной. И у нее табуном мурашки бегут от этого голоса, а красиво уложенные волосы приподнимаются на затылке. Какой-то паралич охватывает тело. Голос, а потом руки… Огромные сильные руки, покрытые вязью татуировок. Они начинаются практически от кончиков пальцев и прячутся в коротких рукавах белой форменной рубашки.