Забери мою жизнь

Он встал передо мной, уперев руки в бока, а его амбалы выстроились рядом. Ларнис поглядел на них так, будто у его ног копошились тараканы или крысы.

– Лети, не отпускай амулет, – сказал он.

И как только разглядел, что я судорожно сжимаю алый камень?

– У них экраны! – крикнула я.

– Вижу. Я справлюсь.

– Справишься? Ты? – Орк расхохотался, словно в жизни ничего смешнее не слышал.

Ларнис и правда выглядел несерьезным противником рядом с этими верзилами. Однако он и бровью не повел: то ли действительно был так в себе уверен, то ли пытался взять бандитов на слабо. Размял кисти рук, между пальцами проскочили искры.

– Ой-ой, глядите-ка, какой опасный! – принялся глумиться оборотень, понемногу меняя ипостась: клыки и кончики ушей заострились, шерсть на загривке встала дыбом.

– Иди домой, мальчик, – без тени улыбки посоветовал Нису единственный человек в шайке. – И девчонку не вытащишь, и сам пропадешь. Даю слово: преследовать не будем. Какой курс? Первый, второй? Нет, вряд ли второй, вижу, ты зеленый совсем. Куда тебе с нами воевать?

Похоже, он в банде вместо переговорщика: болтать хорошо умеет. Ларнис растянул губы, демонстрируя клыки.

– У вас последний шанс отпустить девушку, – и улыбнулся во все свои тридцать два зуба. – Даю слово: преследовать не буду.

Если бы я могла втиснуться в щели каменной кладки, обратиться туманом и развеяться по ветру! Увы, это недоступно и магам высшего уровня. Оставалось только сцепить зубы, чтобы дрожать не слишком сильно.

Бандиты переглянулись и посерьезнели. Стало понятно, что разговоры закончились. Оборотни с рычанием опустились на все четыре лапы, орк сжал кулаки: его руки сами по себе оружие – тяжелые, как кувалды. На ладонях переговорщика тускло сверкнули кастеты.

Куда Нису против них! Им убивать и калечить так же просто, как дышать. Они только рады будут размяться. Я еще держала амулет, но готова была раскрыть пальцы в любую минуту: цепочка порвана, и камень упадет на землю.

Мир на мгновение застыл в хрупком равновесии: стройная фигура Ларниса в узком проеме между стен, в спину бьет свет уличных фонарей, окутывая золотистым коконом, заставляя светлые волосы сверкать, на кончиках его пальцев пляшут искры, а из тьмы наступают матерые зверюги – косматая серая шерсть, горящие зелеными углями глаза, пасти оскалены, и с клыков падает слюна.

Ой, мамочки, тут и троих с лихвой хватит!

– Нис! – вскрикнула я в отчаянии.

Мой крик послужил сигналом к бою. Три серых тела в одном прыжке накрыли человеческую фигуру, подмяли под себя, покатились по земле. Орк, рыча, присоединился к потасовке, лишь переговорщик стоял поодаль, брезгливо глядя на драку.