Только моя

Мне почему-то стало страшно.

– Все хорошо? – спросил я с тревогой, вглядываясь в ее зеленые глаза.

– Да, – ответила Кейти. – Вставай, я хочу есть.

Не сдержал улыбки облегчения. Неужели и правда отпустило? Нужно было сломать ту стену, чтобы включились эмоции? Выходит, что так.

– Ну, Са-а-аш, – протянула она, толкая меня в плечо. – Ты будешь меня кормить или нет?

– Конечно буду, – рассмеялся я и поднялся с кровати.

Мы позавтракали и ушли на прогулку к реке. В моей маленькой девочке что-то неуловимо изменилось. И это что-то не давало мне покоя. Димка рвался приехать, но я не разрешил. Я наблюдал за ней. Но следующие три дня она улыбалась, разговаривала со мной, и я выдохнул. Вечером мы пили шампанское на балконе, укутавшись в теплые пледы.

– Саш, – позвала она меня."

"В последнее время Алексом она меня называть перестала совсем. Пусть, лишь бы ей нравилось.

– Что, моя хорошая?

– Спасибо тебе.

– Перестань…

– Нет, правда! Спасибо. Что ты рядом. Что возишься тут со мной в ущерб личным интересам и своей жизни.

– Кейти, моя жизнь – это ты.

Это признание далось так легко, как будто это был самый правильный момент для того, чтобы это прозвучало.

– Не нужно, – ответила она. – Не порти все.

– Извини.

Повисла пауза. Мы молча допивали каждый свой бокал и смотрели на лес. Красиво.

– Я хочу в ванную, – нарушила она тишину, – в горячую ванную, с пеной, – тепло улыбнулась.

– Не вопрос. Сейчас организую.

Я смотрел ролики в телефоне, потом позвонил Дима, как всегда, в одно и то же время. Мне не хотелось говорить с ним. Мне сейчас было так хорошо с ней, делиться этим не хотелось ни с кем, даже с ее законным мужем.

Для разговора я вышел на балкон, а когда вернулся вдруг понял, что Кейти нет слишком долго. Я постучал в дверь ванной комнаты, в ответ – тишина.

– Кейт? – позвал я.

Снова тишина.

Сердце сжалось от волнения. Что-то было не так. Я толкнул дверь. Заперто.

– Кейт?! – закричал я. – Открой, Кейти! – меня ощутимо стало потряхивать. – Пожалуйста! Пожалуйста, глупая девчонка, открой мне дверь!

Но в ответ тишина. Даже вода не льется.

Я позвонил на ресепшен и попросил срочно вызвать кого-нибудь, чтобы вскрыли дверь. Я бы не смог ее выбить, сделано слишком добротно. Минуты тянулись, я метался по комнате, уже предполагая самое страшное. Сжимал телефон, раздумывая, а не вызвать ли мне скорую. И дверь открыли с воплем:

– Твою ж мать!

Я отшвырнул мужика с монтировкой в сторону и замер.

Она лежит на полу среди осколков огромного зеркала, рухнувшего со стены. Я все хотел попросить, чтобы его закрепили лучше, оно слишком тяжелое и крепления разболтались, но все как-то было не до того.

Кейти бледная, просто пепельная, в порезах разной степени тяжести от мелких ссадин, до пары крупных, опасных.