Он - моя тайна

Все верить тебе хочу.

Я больше не видела смысла доказывать что-то. Тем более оправдываться. Ну что это за отношения будут? Я давно не девочка, чтобы встречаться с эгоистичным мальчиком. Нервы уже не те.

— Прощай, Максим Барсов."

"Теперь между нами точно все. Я развернулась и спокойно пошла к двери. Не убегала, но и не медлила. Уходила так, как это делали люди, уверенные в правильности своего поступка. Хотела ли я, чтобы догонять бросился? Сердцем — возможно. Головой же понимала — это тупик. Нас тех, влюбленных, порывистых, способных на поступки ради первого поцелуя больше нет. А между нами взрослыми, опытными, закостенелыми в своих привычках, чуда всепреодолевающей любви не случилось. Меня держали обязанности матери. Макса не отпускала его свобода и легкость в выборе: сегодня хочу, завтра не хочу. У меня этой «легкости» не было. Не зря считалось, что юные девушки любили по-другому — ярче и эмоциональней. Они способны на спонтанность. Конечно, легко гулять ночи на пролет и прыгать с парашютом с возлюбленным, когда дома тебя не ждал человечек, которому ты нужнее всего. Который пропадет без тебя. Потому что мама.

— Постой, — он догнал меня у лифта, за локоть взял осторожно, к себе повернул. — Мне сложно, понимаешь? Я не могу тебя делить. Я морально не вывезу твоей беготни от меня к нему и обратно. Ты либо только моя, либо никак. — На его лице отражалась борьба и торг, который сам с собой вел. Бедный. Так хочется игрушку получить, а она не хочет, чтобы в нее играли. Даже жаль его. Совсем немного. — Скажи, что необходимо сделать, чтобы ты наконец определилась?! Что тебе нужно: гарантии, деньги, штамп в паспорте? Что?

Я смотрела на него и не узнавала. Кто это? Что это за человек? Что за ерунда выходит из его рта? Я хотела отдать ему свое сердце и душу совершенно бескорыстно, еще до того, как узнала о предательстве мужа. Хотела любить на равных. Но меня, кажется, снова хотят в безвременное пользование. Нет, так не пойдет.

— Я определилась, — как раз лифт подъехал. — Я ухожу, Макс. Меня сын ждет, — и шагнула в пустую кабину. — Прощай.

— Дина… — но двери уже закрылись. Это хорошо. Не хочу, чтобы видел, как больно терять веру в настоящую любовь. Ту, которая через годы. Но, это не наша любовь. У нас гордость и незакрытые гештальты.

Я поехала в Алтуфьево. В квартиру свою зашла. Ремонт у меня здесь свеженький был, а девушка-квартирантка достаточно чистоплотной оказалась. Полы протереть, да пыль смахнуть, и жить можно. Да, маленькая, но зато уютненько. Своей комнаты у Матвея не будет, но мы придумаем что-нибудь с зонированием. Вот со школой беда, далеко слишком, придется переводиться в местную. И тренировки тоже. Ну ничего. Справимся. Я бодрилась и отвлекалась, как могла. Не хочу думать о прошлом, теперь только будущее.