Моя пылкая любовница

Конечно, его тотчас же начали разыскивать, но не нашли никаких следов.

Два месяца спустя его семья получила письмо от одного из адмиралов Королевского, флота. В нем сообщалось, что Андерхилл служил простым матросом и был казнен по приговору суда за дезертирство из флота его королевского величества. Далее шли извинения за то, что его подлинная личность была установлена только после суда и исполнения приговора.

Сообщение повергло всех близких Андерхилла в глубочайший шок. Однако случившееся невольно запустило мельницу слухов, загадку пытались разрешить и друзья, и враги. Пал ли Андерхилл жертвой случайных обстоятельств? Или же кто-то сознательно заманил его в эту опасную, оказавшуюся роковой ловушку?

— Когда я об этом услышал, у меня просто мороз по коже пошел, — пробормотал Херст, снова жадно глотая виски. — И с тех пор мне все время кажется, что за мной следят.

— Сомневаюсь, Херст, — с издевкой произнес Бертон. — Особенно здесь, в центре Лондона. Да, Андерхиллу не повезло, его похитили, но нечего было таскаться по тавернам в опасных районах портовых городов. Он наверняка искал, где выпить, да еще и шлюху в придачу, когда его повязали.

— Да, но что он вообще делал в Саутгемптоне? Не такое это место, куда Андерхилл любил заглядывать.

— Кто ж его знает, что у него было на уме! И если тебе от этого полегчает, так я скажу, что, когда он исчез, я навел кое-какие справки и ничего подозрительного не обнаружил. В тот год вербовщики вели себя особенно активно. Думаю, бедолага просто оказался в неудачном месте в неудачное время.

Херст нахмурился и налил еще порцию.

— Ну а Чаллонер? Двое из нас четверых попали в переделку, и мне это кажется подозрительным.

— Совпадение. Когда дело доходит до денег, Чаллонер превращается в идиота, и ты это знаешь не хуже меня. Я ничуть не удивлен, что он оказался в долговой тюрьме. А если ты не поостережешься, то и сам туда угодишь.

Бертон с омерзением осмотрел комнату, а потом с осуждением взглянул на Херста:

— Приведи себя в порядок, старина. Ты превратился в позорище, позволив пьянству и беспутству завладеть своей жизнью.

— А как же Пендрагон? — снова заныл Херст.

— Не волнуйся. Ты оказываешь ему куда больше чести, чем он заслуживает. Может, ты его и боишься, а вот я нисколько. И не собираюсь лишаться сна из-за мистера Рейфа Пендрагона! — с горячностью воскликнул Бертон.

«Господи, меня бесит даже имя этого ублюдка! Бертон сжал кулаки. Сколько он себя помнил, Пендрагон вечно отравлял ему жизнь. Он еще мальчишкой знал это имя и ненавидел его.

Но однажды он уже поставил Пендрагона на место, и если у этого низкорожденного выскочки хватит нахальства снова на него покуситься, он сильно пожалеет об этом.

Право же, очень сильно.