Моя пылкая любовница

Вы же понимаете, даже намек на скандал уничтожит все ее шансы в обществе.

Да, подумал Рейф, он понимает. Аристократы, когда доходит до выбора, могут быть злобными и ядовитыми, как змеи, в особенности по отношению к своему классу. И особенно по отношению к женщинам, если почувствуют, что те нарушили установленные светом правила приличия.

— Не волнуйтесь, — заверил он леди Хоторн. — Никто никогда не узнает. У меня тоже есть репутация, и я хорошо известен своим тактом и осмотрительностью в любом вопросе. Это будет только нашим личным делом, и больше ничьим.

Джулианна облегченно выдохнула и снова постаралась подавить дрожь, то и дело охватывавшую ее.

«Ради всего святого, что я такое делаю?» Она задавала себе этот вопрос снова и снова. Неужели она действительно сидит здесь напротив убийственно хладнокровного мужчины и обсуждает с ним, как лучше обменять свое тело на долг Гарри? Брат был бы вне себя от ярости и, бесспорно, категорически запретил бы ей это. Но что еще она может сделать?

Со дня смерти матери Джулианна, которой тогда было всего одиннадцать лет, заботилась о своих младших брате и сестре и стала для них скорее матерью, чем старшей сестрой. В мире у нее не осталось никого, кроме них. Она не может бросить их сейчас, несмотря на величину жертвы.

— Хорошо, — пробормотала она. — Остается решить, где и когда. Хоть я и вдова, все равно не могу уходить и приходить, когда мне заблагорассудится. Придется встречаться тогда, когда моего отсутствия никто не заметит. Может быть, после обеда?

И мучительно покраснела. Как унизительно! За все годы брака она никогда не вступала с мужем в интимные отношения в другое время суток, кроме ночи.

— Это меня устраивает. Я пересмотрю свое расписание. Что до места, у меня есть на примете кое-что. Я подумаю и дам вам знать. Но вам придется сообщить мне свой адрес, чтобы я мог отправить к вам посыльного. Разумеется, осторожно.

В некотором оцепенении Джулианна назвала свой адрес на Аппер-Брук-стрит, только сейчас полностью осознав, что делает. Неужели она и вправду согласилась на этот постыдный план? С каждым произнесенным словом, с каждой прошедшей секундой он становился все реальнее.

Словно жесткий кулак стиснул ее желудок. Джулианну замутило. Она держалась только невероятным усилием воли. Больше всего ей хотелось вернуться в ждущий ее экипаж и помчаться в свой безопасный и уютный дом.

Дом… теперь Дракон знает, где она живет. Она пришла, чтобы предложить ему свои драгоценности, а предложила себя.

— Осталось обсудить последний вопрос, — произнес Пендрагон своим низким бархатным голосом, от которого ее бросило в дрожь. — Вероятность того, что вы забеременеете.

Джулианна замерла. Услышанное ее так шокировало, что она на какое-то время лишилась дара речи.