Моя по договору (СИ)

В этот вечер ты оказалась у него в отеле, ведь так?

— Да, — мои глаза, должно быть, расширились от удивления, а щеки раскраснелись. — Откуда ты знаешь?

— Уверена, что это важно? — почти по слогам спросил мужчина, а я покачала головой. — Тогда продолжай.

— А выстрел? Это ведь он стрелял в тебя? — в ответ на мой вопрос Артём утвердительно кивнул, а я продолжила. — Он заставил меня подписать договор, согласно которого я должна была в течение определенного времени развестись с тобой и уехать из столицы. Я не сразу пошла на его условия. Мне пришлось это сделать, после того, как тебя ранили. Он угрожал моей маме и бабушке, поэтому, сам понимаешь, выбора у меня не было. И я выполнила все его условия. Кроме одного. Из столицы я не уехала. Ездила к Алине на несколько дней. И все. Но после смерти Григория Вячеславовича я посчитала, что договор перестал иметь силу, именно поэтому я осталась в столице. И именно поэтому хотела рассказать обо всем тебе.

— Подонок! — Артём громко стукнул по столу, а я непроизвольно вздрогнула. Отвыкла от шума, потому как с некоторых пор в моей квартире самым громким звуком был плач Владика.

— Тише, Артём, — попросила я. Данилов удивленно уставился на меня, но промолчал. — Ну а в тот день, когда нас не развели, он посчитал, что нужно сделать так, чтоб ты точно не передумал. Остальное ты видел.

Выражение лица Артема в этот момент ужасающим. Он с остервенением сжимал кулаки, глаза налились кровью, а желваки на скулах заиграли в бешеном ритме. Мужчина пытался контролировать себя, и это у него неплохо получалось. Спустя пару минут Артём смог взять себя в руки и успокоиться. Теперь во взгляде читалось одно сплошное сожаление. Данилов понимал, что все могло повернуться по-другому, поговори он тогда со мной.

— Ты приходила ко мне спустя некоторое время после смерти этого ублюдка, — начал Данилов, глядя на свои сжатые в замок руки.

— Приходила, — спокойно ответила я.

— Прости за то, как повел себя, — каждое слово отдавалось внутри меня самыми разнообразными чувствами. С одной стороны, я чувствовала радость от того, что мы смогли выяснить все, а с другой, сомнения от того, что спустя столько времени навряд ли у нас могла выйти настоящая семья. — Мне нет оправдания за то, что было. И я очень раскаиваюсь, Рита.

— Артём, всё в прошлом. Что было, то прошло. Я рада, что мы смогли все выяснить. А теперь, когда разговор окончен, прошу тебя уйти, — я убрала чашку и тарелку в раковину. — Мне рано вставать, я хочу выспаться.

— Проводишь? — спросил он.

Стоя в дверях, Артём молчал. Слова иссякли и у меня. Нужно было все переосмыслить, обдумать и понять, что делать с оглушающей правдой, которая разрушила наши отношения, если, конечно, они вообще были настоящими.