Моя невинная девочка

– Здравствуй, Касим, – здоровается бесстрашная бабулька.

– Добрый вечер, Маргарита Павловна, – отвечает он, и вся процессия останавливается. – Не ожидал вас так поздно увидеть на скамейке.

Она машет рукой.

– Так получилось.

Касим хмурится.

– Вернулся? – бабулька кивает. – Марат, сбегай поздоровайся, – бросает одному из охранников, и тот сразу срывается с места и скрывается в соседнем подъезде.

– Ой, не надо, может.

– Хорошего вечера, Маргарита Павловна. И вам, дамы, – кивает бабулькам, и те нестройным хором желают этому бандюгану доброго вечера."

"Я в шоке наблюдаю за этой сценой и у меня такое ощущение, что я нахожусь в какой—то параллельной реальности, где бабульки вместо раздачи стандартных ярлыков вежливо прощаются с представителем криминального мира. А в том, что он именно такой, я не сомневаюсь ни секунды. Иначе откуда столько денег? И вообще, человеку, который ведет честный образ жизни, столько охраны совершенно ни к чему. Но удивительно другое: то, насколько он вежлив и добр к этим старушкам. Мне внезапно захотелось узнать историю этого мужчины и его отношений с этой бабулькой. Но наша процессия уже двинулась вперед.

Мы вошли в достаточно ухоженный подъезд, что сильно контрастировало с экстерьером дома.

– Шестой этаж, – коротко сообщает Касим, войдя в лифт с двумя охранниками и Ромой.

Мы дожидаемся, пока лифт с грохотом доставит своих первых пассажиров, а потом поднимаемся в сопровождении еще одного охранника Касима. Выходим на этаже, где всего две двери. Я трясу головой и смотрю по сторонам еще раз. Могу поклясться, что на первом этаже, где мы ждали лифт, в точно таком же коридоре было не меньше четырех квартир, а тут всего две.

Дверь в одну из квартир открывается, и охранник Таймазова впускает нас в квартиру. Войдя, я осматриваюсь. Ничего примечательного, сама обычная квартира со старыми обоями на стенах, мебелью времен СССР. Правда, пыльно тут, но в целом достаточно приемлемо. Мне ли жаловаться? Но мы не останавливаемся на пороге. Охранник проводит нас вглубь квартиры, а потом случается нечто совершенно непонятное. Он берется за петлю у края кровати, какие обычно делают для того, чтобы можно было поднять матрас. Только вот благодаря усилиям громилы поднимается вся кровать, отчего мои глаза лезут на лоб. Он давит ногой на паркетную доску, и тут же в полу как будто открывается широкий люк. Несколько широких паркетных досок просто выезжают наверх, а потом отъезжают в сторону. Макар сжимает мою руку, а я даже не чувствую этого давления на нее, настолько поражена увиденным. Охранник кивает на этот люк.

– Спускайтесь, Касим Мирзаевич и ваш друг уже там.

Мы переглядываемся, и все же движемся к этому люку. Внизу ступеньки и слышны голоса.