МОЯ. Не отдам! (СИ)

Список моих желаний вот здесь сохрани, умняшка… — стучу пальцем по ее голове.

— Я запомню, — кивает с серьезной физиономией. — Но и ты запомни…

— Ага… — обрываю торопливо.

Не желая слушать, чем она еще заставит мой мозг взрываться.

Потом… Все потом.

Завтра умняшку придется отправить подальше за бугор, а самому — капитально впрячься и заняться работой, которую я делаю лучше всего.

***

Ника

Расставание неизбежно.

Странно, ведь еще вчера я и не думала, что буду скучать по гиганту.

Но сейчас, когда получаю последние инструкции перед вылетом, не могу поверить, что это произойдет на самом деле.

С опаской смотрю на сопровождающего: можно ли ему доверять? Я и Дану-то не особо, а тут… целый новый мужчина. Мучительно еще с кем-то общаться. Надеюсь, он не дотошный и не станет лезть ко мне с расспросами.

— Я наберу, когда можно будет вернуться. Или с тобой созвонится человек, которому я доверяю.

— Как я пойму, что это он?

— Будет говорить с важным видом, представится Тиграном и назовет тебя… не по имени, а… — наклоняется, шепнув. — Белка. Все поняла?

— Да.

— Тогда удачного перелета. Не загорай, твоей коже не пойдет на пользу.

— Всегда мечтала о загаре.

— Получишь ожог! — возражает так напористо, будто ему есть до меня дело.

Может быть, и есть? Хотя бы чуточку…

Глава 41

Глава 41

Ника

Спустя время

Вопреки рекомендациям Дана я все же рискнула позагорать на ярком солнышке и почти сразу же обгорела даже в довольно прохладную погоду.

«Все-то он знает!» — думала я с досадой, нанося потом крем после загара, призванный охладить кожу и снять болевой синдром.

Пожалуй, Дан не знает только одного, как утомительно долго тянется время вдали от родины. Как тоскливо серфить в сети, вылавливая лишь отголоски скандала, которые ничего не рассказывают толком о происходящем там, за тысячи километров!

За все время пребывания здесь, а это чуть больше двух месяцев Дан ни разу не позвонил и не написал, не передал весточку. Ни сам, ни через кого-то.

Знаю, что за мной приглядывает охрана. Активно не вмешивается, но всегда на чеку."

"Я поняла это, когда возвращалась пешком после концерта. Решилась потолкаться на тусовке соотечественников, проходящую под открытым небом, было поздно. На меня набросился какой-то мужчина, то ли желая обокрасть, то ли что-то другое было у него на уме.

Я не успела толком ни испугаться, ни даже обдумать случившееся, нападающего быстро уложили лицом в асфальт, меня отправили домой на машине и попросили ТАК больше не делать.

Все, что я знаю: Калмыченко выдвинули обвинения. Все-таки Дан дал ход компромату на Калмыка, который он собирал годами. Вся подноготная его отнюдь неправедной жизни оказалась как на ладони перед представителями закона.