МОЯ. Не отдам! (СИ)

Я… не знаю, как Вадиму скажу.

Как признаться? Соврать? Схитрить…

Извиниться?

Папа говорил, что извиняются только слабаки и неправые.

Слабакам простительно, а чтобы признать собственную неправоту, нужно иметь смелость.

У меня целое комбо — я неправа и чувствую себя слабачкой, я слишком неуверена в себе, с учетом новых обстоятельств. Значит, мне извиняться нужно… Слова тают.

С трудом засыпаю.

***

Снится наш дом, большое раскидистое грушевое дерево.

Листья пожелтевшие, под ногами в грязи валяются плоды, до которых не дотянулись, когда собирали урожай. Переспелые плоды упали по осени. Во влажном воздухе пахнет сладкой гнилью груш и палой листвой.

Отец сидит в кресле.

Он в том возрасте, когда уже почти одной ногой в старости, но все еще никак не отойдет от дел. Как-то обмолвился, что он бы отошел, но ноги подводят.

Отец как-то умудрился сломать их. Сразу обе ноги… Перед этим он забалтывался о переезде, но после сложных переломов перестал даже заикаться о переезде. Начал больше хворать, ноги болят постоянно. Мы так и остались на прежнем месте.

Чуть позднее он заподозрил у меня сердечную болезнь и потащил на обследования. Подозрения подтвердились…

Отец делает вид, что дремлет.

Но я знаю, что он не спит, он так думает, как бы выпутать своих клиентов из очередной жопы. Вроде предупреждает о последствиях, советует, как надо. Но потом они делают по-своему. Я как-то спросила:

— Па, они, что, тупые?

— Они самонадеянные, доча. Делают все через жопу, и твой папа их потом из этой жопы вытаскивает и делает чистенькими, — закрывает глаза, снова открывает. — Не будь самонадеянной. Принеси еще один плед. Ноги мерзнут что-то…

В следующий миг я уже с пледом в руках, укрываю папе ноги и вдруг замечаю, что под нижним слоем пледа вместо ног белеют могильные кости, как у скелета.

Прикрываю пледом.

Боюсь поднять глаза и увидеть вместо глаз отца — пустые глазницы черепа.

— С тех самых пор мерзнут ноги, с тех самых пор и мерзнут, доча...

***

Просыпаюсь в холодном поту.

У меня самой ноги мерзнут жутко, и навязчивый сон никак отпускать не желает.

Включаю всюду свет, ставлю на тв музыкальный канал погромче.

Принимаю душ, тщательно умываюсь, переодеваюсь, собираю самые необходимые вещи.

Вадим присылает сообщение: «Еду. Черт, малыш, как далеко ты забралась! Зажопинск…»

До назначенного часа встречи остается час.

Он тает чересчур быстро, я смотрю на минутную стрелку часов, не понимая, куда она так несется! Зачем?!

Пора…

Мне страшно. Тело одолевает слабость и позорная мыслишка, не видеться с Вадимом вообще. Он хороший, ему порченая девица не нужна.

Но потом усилием воли стряхиваю оцепенение: Вадим такой путь проделал. Надо увидеться.

В новостях что угодно написать можно, а как обстановка?

Как сам Вадим?

***

Я на условленном месте.