Моя милая Золушка, или История сводной сестры

Но моя сводная сестра, ей всё дается так естественно и просто, что…

Эта густая, черная зависть, слишком хорошо знакомая прошлой мне, неконтролируемым потоком извергается, отравляя мысли и рассудок.

Позже, идя прямо по коридору, я услышала, как Клементина ругалась со своим мужем. Как видимо, он посчитал приемлемым устроить своей дочери более ранний выход в свет (в связи с Пробуждением, конечно же).

Голос моей мамы болезненно надломился, а я скрестила руки на груди, закусив губу до крови.

Было бы хорошо, если бы моя идеальная сводная сестра… Исчезла. Вот бы её не было вовсе.

… Но вместо этого – из моей комнаты исчез учебник по магии.

Если бы я знала, что этот день ознаменует начало проблемного для меня периода – лежала бы в постели весь день. Но, хрен там – я предпочла встать.

Тот день начался с… Моего крайнего раздражения на весь мир.

А всё потому что тело Даниэлы было просто отстойным. Она с трудом усваивала информацию, быстро уставала и постоянно требовала передышку. О попытках сбросить вес я вообще отказываюсь говорить, потому как в этом крылся вселенский заговор. Я занимаюсь с тренером каждый день, но совсем не худею! Однако, стоит мне съесть одно, всего одно несчастное пирожное, как к моему весу мгновенно прибавляется килограмм.

Тренер уже снился мне во снах и, прошу заметить – не эротического характера! Во сне он гнался за мной с косой смерти, приговаривая, что я буду жариться в котле, если он меня догонит…

В общем, днем я прогуливалась по саду в очень мрачном настроении. Неожиданно, где-то рядом послышались странные всхлипывания. И, конечно, я отправилась проверить, что происходит.

С трудом продираясь через кусты роз, я нашла красивый фонтан и… Картину маслом. В фонтане плавал мокрый, изорванный учебник основ магии. А рядом рыдала Вероника.

Когда я неосторожно высунулась, та посмотрела на меня с такой болью, что мурашки по спине побежали.

– Ты… Ты! Я ведь поверила тебе! – её плечики сотрясались от плача. После этих слов она бросила на меня последний взгляд раненой лани и побрела прочь, низко опустив голову.

А я осталась стоять, как вкопанная.

Э…

Меня, что, только что обвинили в уничтожении учебника?

Э?!

Так, ну это уже слишком!

Нет, я, конечно, могу напакостить и меня можно обвинить… Но, пожалуйста, обвиняйте меня в том, что я сделали самолично! В данном же случае…

Это ложь. Я не выкидывала этот учебник. Он мне нравился, если на то пошло.

Присев на корточки, я с сожалением вытащила мокрую страницу из фонтана. Пальцы сами сжались в кулаки.

Приятное, злое чувство заполняло меня изнутри. О, оно такое знакомое, такое восхитительное… В своей прошлой жизни я была именно такой. Терпеливой, но с ограниченным запасом терпимости.