Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

"

"В туалете на удивление пусто, мы тут же разбредаемся по разным кабинкам. Я освобождаюсь быстрее, потому что Мирон Громов не одаривал меня нарядами этим вечером. Подхожу к зеркалу, пару раз кручусь возле него, восхищаясь тем, как свободно сидят джинсы на впалом животе.

Затем поправляю кольца в ушах и потираю шею, не замечая, что за мной следят.

– Красивый кулон, – улыбается подчёркнуто вежливо Лада. Сдирает ценник с платья.

Инстинктивно касаюсь хрупкой бабочки.

– Спасибо.

– Мне он сразу понравился, а Мирон настаивал на клевере с перламутром.

Уставляюсь на рыжую, не в силах вымолвить ни слова… В груди взрываются остатки первой любви, превращая сердце в пепелище.

– Что смотришь, Мия? – кивает Милованова в зеркало. – Удивлена? У нас с моим парнем нет секретов друг от друга. Не хочу, чтобы ты фантазировала.

– Я? Фантазирую? – морщу лицо и перевожу взгляд на себя. Вижу море тоски в глазах, но не быть мне Алиевой, если я хоть намёком дам козырь этой суке. – По-моему, ты перегибаешь, Лада. Я знаю Громова с детства, мы ещё в одной песочнице лопатку делили. А вы, кстати, сколько встречаетесь?

Закатываю глаза, якобы вспоминая.

– Вроде как три месяца, – подношу руки к автоматическому крану и смачиваю их. – Так себе срок для отсутствия секретов.

Ладка разглаживает светлое платье.

– Хочешь быть на моём месте? – зло усмехается. Больше не прячется за улыбкой и показной вежливостью.

Отворачиваюсь и яростно тру руки салфеткой. Выкидываю её в мусорное ведро.

– Хочешь? – шипит ещё раз.

Прежде чем дёрнуть ручку на двери, останавливаюсь, окинув рыжую уничижительным взглядом.

– Мне не нужно занимать чьё-то место, – теперь победно улыбаюсь я. – В жизни Мирона Громова у меня есть своё, до которого ты вряд ли когда-то дотянешься.

Выхожу за дверь, дрожа от злости. Пусть он и не любит меня, я всё придумала. Но то, что я ему дорога – факт.

В этом не сомневаюсь ни капельки.

Подойдя к столику, без стеснений хватаю за руку сына бывшего мэра.

– Потанцуй со мной? – нервно сглатываю слюну. – Пожалуйста.

Лёва отвлекается от разговора с Мироном, и они оба уставляются на наши сцепленные руки.

– Не могу тебе отказывать, – проговаривает Демидов с иронией, поднимаясь.

Я же отвернувшись, веду его на танцпол сквозь толпу. Достигнув центра, оборачиваюсь. Подступаю ближе, оказываясь в захвате больших рук.

– Что-то случилось? – интересуется парень, глядя на меня сверху вниз.

– Нет, – удивляюсь его проницательности.

Жмусь щекой к тёплой груди, будто бы ища поддержки.

Наши движения мало походят на танец. Мы просто стоим, раскачиваясь, а Лёва поглаживает меня по голове. Человеческое участие совершает своё дело, и я чувствую, как глаза увлажняются.

Милованова просто тварь.

А Громов проклятый предатель.