Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Поднимаю руки и двигаю бёдрами, радуясь тому, что вовремя похудела. Проникаюсь ритмом, раскрываюсь в танце, даже глаза на какой-то момент прикрываю.

В душе зарождается чувство, что вот сейчас… новая жизнь начинается. Это странно, но ни капельки не страшно.

Только интересно.

Когда опять смотрю в сторону ниши, хнычу практически в голос, потому что Громов не обманул и действительно притащил сюда Ладу.

Настроение падает. Лёва жестом зовёт к столику.

– Привет, – улыбается рыжая, не снимая руки с бедра Мирона. Он, как всегда, выглядит отлично. Белая футболка контрастирует с барселонским загаром, а синие джинсы сидят как влитые.

– Привет, – отвечаю, игнорируя её парня и сразу обращаясь к Демидову. – Ты совсем не будешь танцевать?

Разглядываю широкие плечи и две не застёгнутые верхние пуговицы на рубашке. Интересно, эти мышцы умеют двигаться? Он же ими всех людей растолкает.

– Я не по этой части. Лучше на тебя полюбуюсь.

Улыбаюсь в ответ, отпивая коктейль.

Стол окружён мягким диванчиком, на котором оказывается слишком много людей, поэтому мне приходится придвинуться к Лёве. Он, воспользовавшись ситуацией, нежно приобнимает. Это приятно.

Надев равнодушную маску, обращаюсь к сладкой парочке:

– Вы будете кальян?

– Что? – переспрашивает Громов, отклоняясь от Лады.

– Здесь лучший кальянщик в городе, – вступает в разговор Лёва, перекрикивая музыку. – Мой знакомый.

– Ты будешь курить кальян? – спрашивает меня Мир, опуская глаза на ладонь Демидова, которая поглаживает кожу на моей талии.

Снова смотрит на меня с претензией.

– Буду, – отвечаю беззаботно.

Так как я поддержала Лёву в безалкогольном статусе нашего вечера, мы решили покурить.

Для меня это будет в первый раз. Волнительно.

– Только немного, – небрежно постановляет Громов, потирая подбородок. – Поняла?!

Закатываю глаза раздражённо и морщусь:

– Спасибо, «папочка».

Лада снова привлекает своего парня к себе и коротко поцеловав в губы, обращается ко мне:

– Мия, может, поищем комнату для девочек? – хлопает искусственными ресницами.

– Можно, – киваю, оборачиваясь к Демидову и перегибаясь через его ноги за сумочкой.

– Мне нравятся твои серёжки, – шепчет Лёва на ухо жарким шёпотом.

Малость зависаю и веду рукой по его груди. Ещё один первый раз.

– Спасибо, – весело отвечаю. – Мне тоже. Я сейчас вернусь.

Он кивает и неохотно освобождает моё тело, а я вспомнив, что у нашего диалога целых два наблюдателя, один из которых, кажется, сейчас прожжёт дыру в моей щеке, подскакиваю и иду вслед за Миловановой.

– Хочу переодеться, – говорит она, демонстрируя пакет в руке. – Мир платье купил новое. Такой заботливый.

Просто отлично, – думаю про себя, а отвечаю ядовито:

– Он такой, да. Чудо как хорош.