Моя гениальная подруга

Хотя… Лила всегда была готова нарушить равновесие только ради того, чтобы посмотреть, как его восстановить. Мы мчались по шоссе, ветер трепал нам волосы, довольный Стефано умело вел машину, а я сидела рядом, как будто была его девушкой. Из головы не шли его слова о том, что я похожа на кинозвезду. Интересно, я смогу ему понравиться больше, чем Лила? Тут я вспомнила про Марчелло Солару, и меня охватил ужас: тот вполне способен его застрелить. Один миг – и от этого красивого и уверенного в себе парня со всей его надежностью не останется ничего – как от той медной кастрюли, о которой мне писала Лила.

Мы сделали крюк, чтобы не проезжать мимо бара «Солара».

– Мне плевать, что нас увидит Марчелло, – сказал Стефано без малейшего бахвальства. – Но раз тебе не все равно, пожалуйста, объедем.

Мы миновали туннель и выехали на Морскую. Я напомнила Лиле, как мы с ней много лет назад шли этой дорогой и попали под ливень; она улыбнулась. Стефано заинтересовало, что это за история. Пока мы, смеясь и перебивая друг друга, в подробностях рассказывали ему, как это было, сами не заметили, как добрались до Гранили.

– Ну как вам? Быстро бегает?

– Очень быстро! – сказала я с восхищением.

Лила ничего не ответила. Она все смотрела вокруг, иногда трогая меня за плечо, чтобы показать обветшавшие дома и оборванцев, которых мы обгоняли, как будто пыталась внушить мне какую-то мысль, которую я должна была понять с полунамека. Потом она неожиданно серьезным тоном спросила Стефано:

– Ты и правда не такой?

Он поискал взглядом ее взгляд в зеркале заднего вида.

– Не такой, как кто?

– Сам знаешь.

Он не сразу ответил.

– Хочешь, чтобы я сказал тебе правду? – спросил он на диалекте.

– Да.

– Надеюсь, что не такой, а там как получится.

Тут я поняла, что Лила многое от меня утаила. Ее слова доказывали, что их со Стефано что-то связывает, что они и раньше вели между собой разговоры и обсуждали совсем не шуточные вещи. Что я пропустила, пока загорала на Искье? Я обернулась и посмотрела на Лилу: она казалась задумчивой. Неужели сказанное Стефано расстроило ее своей неопределенностью? Она щурилась от солнца; ветер плотно прижимал ткань платья к ее груди, подчеркивая линии.

– Здесь еще беднее, чем у нас, – сказала она и вдруг ни с того ни с сего засмеялась: – Не думай, что я забыла, как ты хотел проткнуть мне язык!

Стефано кивнул:

– То были другие времена.

– Трус – он всегда трус; ты же был в два раза больше меня!

Он смущенно улыбнулся, молча надавил на газ и свернул к порту. Поездка не заняла и получаса, а час спустя мы вернулись назад через Реттифило и площадь Гарибальди.

– У твоего брата что-то с головой, – сказал Стефано, когда мы въезжали в свой квартал.