Моя девочка (СИ)

Отвернулась и едва слышно промямлила, рубанув мне ножом по сердцу:

— Как скажешь…

Наверное, с минуту сидел и безотрывно смотрел на неё, тщетно пытаясь справиться с тупой болью в груди. Черт, как же сильно я, оказывается, успел к ней привязаться.

— Значит, ты все решила? — сухо осведомился.

— Да, — еще тише ответила Даша.

— Хорошо. Попроси Надежду собрать твои вещи. Завтра утром Павел отвезет тебя в твою деревню.

* * *С этими словами Олег резко поднялся с кровати, чтобы в следующую минуту покинуть спальню. Даша закрыла лицо руками, пряча под ними градом покатившиеся по щекам слезы. И, когда дверь за мужчиной с громким хлопком закрылась, упала на спину, заходясь в беззвучной истерике.

38

Спустился в гостиную, сел на диван, откинул голову на спинку и прикрыл глаза. На душе было так паршиво, что не хотелось вообще ничего. Ни есть, ни работать, ни даже завтрашнего дня. И отвечать Наде, которая, услышав, что я спустился, подошла и осторожно поинтересовалась, накрывать ли ей ужин, тоже не хотелось. И я не ответил, забив на призывы совести, которые настойчиво твердили мне, что эта женщина ни в чем не виновата. Просто поднялся, взял ключи от машины, накинул пальто, и вышел из дома.

Колесил по вечернему городу какое-то время, собирая все пробки, но сейчас они ни капли не раздражали. Было все равно, сколько времени я проведу в очередном заторе, ведь я никуда не спешил. Меня никто нигде не ждет. Она не ждет."

"Как быстро все может поменяться в жизни. Еще вчера ведь ждала, радовалась моему появлению, улыбалась так искренне, а сегодня… Хочет уйти. Но ведь это ненормально. Что две этих мрази стали нашими гребаными купидонами, а когда их не стало, я оказался ей больше не нужен. Ведь нужен был. Я чувствовал это, потому что невозможно так притворяться. Она ведь в любви признавалась, и сдохнуть мне на этом самом месте, если это было не искренне с её стороны. Да и зачем ей было притворяться? Цель какая? Ей ведь вообще ничего от меня не нужно. Нет в ней ни капли корысти, ни меркантильности.

Тогда почему так легко отказалась от меня? Даже если считает неправильной мою позицию в отношении её насильников, я не понимаю… Не поверила, что я нарочно не сжигал их? Не хочет делить постель с убийцей? Что ж, её право.

Как бы там ни было, раскаиваться в содеянном я не намерен. Не должны эти уродливые отростки человечества спокойно жить и ходить по земле рядом с обычными людьми, да еще и воспитывать детей. Они словно зараженная гангреной конечность, которую необходимо ампутировать, иначе гниль неизбежно будет распространяться по всему организму. Когда служил, однажды видел, как тело человека гниет заживо, и эта отвратительная картина навсегда отпечаталась в моей памяти.