Моя девочка (СИ)

Одеяло сползло в сторону, сексуально обнажив её тонкую изящную спину, волосы разметались по подушке, которую она крепко обнимала обеими руками, на щеках красовался едва заметный румянец. И в тот момент, когда я уже собирался отойти, её губки с тихим вздохом слегка приоткрылись, а пальчики на подушке на мгновение крепко сжались. Похоже, моей девочке что-то снилось. Безумно захотелось её поцеловать, но рука не поднялась будить. Пусть спит. Вечером зацелую, заласкаю, затискаю вдоволь, и точно не позволю больше ночевать одной.

В офисе целый день некогда было продохнуть. Шла активная подготовка к запуску нового производства, в моем кабинете царил полный хаос, люди сновали туда-сюда, носили мне миллионы бумаг, задавали миллионы вопросов. Мы нанимали персонал, готовили помещение под установку линии, которую немцы должны были вот-вот поставить, обсуждали предложения от поставщиков сырья, и в этом супер-напряженном рабочем ритме я чувствовал себя прекрасно. Ровно до тех пор, пока не сделал перерыв на пятнадцать минут и не позвонил Даше. Она не взяла трубку. Немного позже набрал ей еще раз, но она снова не ответила на звонок. Это уже настораживало, и я тут же отыскал в списке своих контактов номер Нади, набрал ей и поинтересовался, не рядом ли с ней сейчас девушка.

— Нет, Олег Владимирович. Даша с самого утра еще не спускалась. Я заходила к ней два раза, звала завтракать, а потом и обедать, но она отказалась. На вопрос о самочувствии, не заболела ли, ответила, что все нормально, просто она не голодна. Но я все равно принесла ей в комнату чай с бутербродами, и оставила там на всякий случай.

— Понятно. Поднимись к ней еще раз, пожалуйста, проверь, все ли в порядке.

— Хорошо.

Вскоре Надя перезвонила и сказала, что все в порядке, и что Даша все же выпила оставленный ей чай и съела один бутерброд.

Я не стал просить Надю передать девушке трубку, хоть и очень хотелось поинтересоваться, почему она игнорирует мои звонки. Решил, что спрошу об этом лично, когда приеду домой вечером."

"Остаток дня провел как на иголках. Как ни старался не думать о ней, это получалось из рук вон плохо. В груди поселилось тревожное чувство. Похоже, моя девочка накрутила себя до такой степени, что это грозит вылиться в самые неприятные последствия. В очередной раз пожалел, что сказал ей правду. Не готова она была её услышать. Но все еще надеялся, что остынет, подумает и перезвонит.

Не перезвонила.

Когда до конца рабочего дня оставалось примерно полчаса, сорвался и уехал домой, забив на встречу с одним из партнеров. Позвал Риту, в общих чертах объяснил ей, что именно я от него хочу, попросил извиниться за свое вынужденное отсутствие, и договориться, как она это умеет.