Моя чужая женщина

– Давай уходить, ты на машине? Тогда едем на твоей, а то сейчас менты набегут, а у меня нет времени на общение с ними.

Глава 42

Арина

– Эй, проснись, слышь? Проснись.

Испуганно вздрагиваю, тяну на себя одеяло, меня кто-то бесцеремонно трясет за плечо, пытаясь стащить с кровати. Почему меня постоянно кто-то пугает и дергает?

– Одевайся, здесь вещи, и живо давай,– на кровать бросают пакет.

– Эй, отпусти! Отпусти, говорю, черт… нет,– мужчина все еще трясет меня, я пытаюсь вырваться.

– Я сказал, быстро встала и оделась, иначе поедешь в больничных тапочках и халате.

– Кто вы такие? Что вам нужно?

Вопрос глупый, мне и так понятно, кто это и от кого, но у меня сейчас так много врагов, что еще не факт, что это люди Никифорова.

– Без вопросов и давай живее, если что, нам сказали, можно с тобой не церемониться.

Загорается тусклый свет лампы на прикроватной тумбочке, мужчин двое, лица смутно знакомы. Мне на колени из пакета вытряхивают вещи: спортивный костюм, носки, шапка, куртка, на пол с грохотом падают зимние ботинки.

Где вообще охрана? Господи, да о чем это я? Какая охрана? Если это люди Никифорова, а это сто процентов, они могут войти куда угодно. И почему я решила, что за три дня, которые я здесь нахожусь, обо мне все забыли? Костя никогда и ничего и ни о ком не забывает.

– Ты оглохла? Мне блять еще раз повторить?

– Нет, отвали от меня и не трогай больше! Совсем охренел?

Отталкиваю от себя его руки, убирая волосы с лица, начинаю одеваться, натягиваю прямо поверх пижамы то, что мне принесли. Мужчины смотрят и молчат, а когда, зашнуровав ботинки и надев куртку, смотрю на них, лишь указывают на дверь.

И где вообще моя охрана, тот молчаливый мужик, что приглядывал за мной эти дни? Где Гектор, который обещал помочь?

Да, все правильно, нам нужно с Костей поговорить, иначе это не закончится никогда. Я буду убегать, меня будет ловить. Его болезненная, даже одержимая привязанность ко мне никак не может быть любовью. Любовь – она другая, я теперь знаю точно."

"Вышли из клиники, не встретив ни одного человека, первый раз за эти дни вдохнула свежего морозного воздуха и зажмурилась. Черный внедорожник стоит, распахнув двери, мои сопровождающие лишь подтолкнули меня внутрь.

– И давай без глупостей, нам велено довезти тебя, а уж в каком виде – неважно. Но твое счастье, мы хотим только похмелиться, а не трахаться.

Самый разговорчивый сплюнул под ноги, достал бутылку минералки и стал жадно пить.

Можно было бежать, но как далеко я убегу от двух здоровых мужиков зимой, ночью, да еще и беременная? Я шаг боюсь сделать неверный, чтобы что-то не случилось, могу упасть, навредить ребенку, Тихон мне не простит.