Мой ангел злой, моя любовь…

Пристально, внимательно приглядываясь к каждой эмоции, что мелькали на ее лице, словно прислушивался к каждому вздоху, к каждому шепоту. Словно ждал от нее чего-то…

А Анна только смущенно улыбалась в ответ, отдаваясь целиком тому странному желанию, что становилось все сильнее и сильнее с каждым прикосновением губ и рук, ощущая, как сладко замирает сердце в груди при каждом его выходе в ее губы.

Второй раз она очнулась от этого странного наваждения, когда Андрей вдруг навалился на нее всей тяжестью своего тела, когда спустя миг ее тело пронзила острая боль. Он тут же положил ладонь на ее рот, приглушая легкий вскрик, помимо воли сорвавшийся с ее губ, отвел взгляд от ее потрясенного взора. Анна попыталась отстраниться от него и этой боли, вмиг стершей то наслаждение, что вскружило ей голову совсем недавно, дернулась вверх, но только уперлась головой в изголовье кровати."

"Лишь теперь она ясно поняла, что случилось сейчас. Лишь теперь она ясно поняла, что случилось сейчас. «Порчена», говорила Пантелеевна, вздыхая, когда очередная дворовая шла под венец нежданно. Теперь Анна поняла, что имела в виду няня, когда шептала это себе под нос. Именно такой вдруг ощутила себя Анна ныне — порченной, словно что-то сломали в ней этой ночью. Теперь все увидят, поймут… Как ныне на люди показаться? Хотя разве у них с Андреем иная дорога? Разве не под венец они собирались? Но так скоро… так скоро…

Когда он откинулся на постель возле нее после, Анна хотела уйти, убежать прочь из кровати и из этой комнаты вообще, гадая, сможет ли шевельнуться сейчас, когда, как ей казалось, пульсирует болью все тело. Но Андрей успел задержать ее, придавил ладонью к постели.

— Тихо, тихо, милая, — начал целовать ее лицо, губами стирая слезы, катящиеся из ее глаз, гладил ее волосы, отводя упавшие на лоб и нос пряди. — Прости меня, прости…

Сначала Анна не поддавалась его рукам, отстранялась от его губ, помня о той боли, что он ей причинил, а потом расслабилась, обмякла, приникла к его груди, обхватив его руками.

— О Боже, Андрей, это было так больно! Это просто невыносимо! — рыдала она тихо, а он укачивал ее в своих руках, уже сожалея о том, что совершил.

Но иного выхода у него уже не было: забрать свое слово обратно он не мог, но и позволить ей посмеяться над ним, оставить его в дураках тоже. Анна дала свое слово стать его женой, и он не вернет ей его. Она станет мадам Олениной, как обещала. Пусть даже сама того не желая. Ее игра обернется против нее самой. Ее партия проиграна, как он и сказал ей нынче днем.

Вскоре Анна затихла, взглянула на него покрасневшими от слез глазами, и сердце его дрогнуло. Андрей легко коснулся губами ее лба, опасаясь, что иное вызовет у нее неприятие в этот момент, но она сама вдруг прижалась к нему, коснулась губами плеча.