Я знаю — ты мой!

Но я-то знала, что по назначению она ее не использует, будет хранить и нюхать периодически.

— Ну дай, — заканючила нелюдь и всхлипнула. — Все нас обижают, никто не любит…

На последнем слове такую ноту взяла, что не лечить ее хотелось, а заткнуть поскорее.

— Отдам банку при одном условии.

— Каком? — прервала плач русалка.

— Ты высунешь хвост и дашь обработать рану.

После пяти минут раздумья и очередной попытки выхватить у меня вожделенную пахучку нахалка высунула хвост и резко гаркнула:

— На!

— Не «на», — передразнила ее, — а помогите, пожалуйста, госпожа ведьма.

Русалка хватала ртом воздух, лицо наливалось красками. Я с удовольствием наблюдала за ней. Ишь какая шустрая, раскомандовалась. С таким отношением пусть сама лечится. Совсем из головы вылетело, что я не наедине с пациенткой, а у меня вообще-то экзамен.

— Простите, — выдохнула нежить, — помогите, а? Будь человеком, ведьма. Госпожа…

— Сразу бы так. Рану я тебе почищу. — Вплотную приблизившись к аквариуму, предупредила: — Боль сниму, ничего не почувствуешь. Обещай не дергаться и хвост не забирать.

— Обещаю.

— Вот и славно.

В гробовой тишине я обработала рану русалки, отдала остаток снадобья, велев намазывать его пару дней — порез еще не затянулся, но и не гноился больше. Впрочем, любое лекарство не действует мгновенно.

Русалку унесли. Даже спасибо не сказала… Я хмыкнула, желание ближе познакомиться с русалочьим народцем пропало. Очень уж вредные существа. И неблагодарные."

"Кристарис проветрила помещение, и я приступила ко второму заданию, более легкому — хотя бы отвратными газами не нужно было давиться. Всего-то создать противорвотное зелье для беременной человеческого рода. Правда, ребенок обещал быть магически одаренным. Тут и ответственность выше, и свои нюансы, травки и наговоры, так что провозилась добрых полчаса. Учитывая, что я все-таки добрая ведьма, не могла не добавить в снадобье щепотку удачи и горсточку здоровья. Конечно, неосязаемых: все дело в словах, что шептала над котлом, пока зелье варила, да в пропорции травяного сбора. Делала с любовью, чтобы и ребеночку в животике хорошо было, и мамочка чувствовала себя прекрасно, пока дитя носит. Новая жизнь — всегда радость!

— Готово. — Широко улыбнулась, любуясь нежным персиковым цветом лекарства.

Когда увидела девушку, вошедшую в аудиторию после приглашения верховной, не могла скрыть удивления. Во-первых, ее родство с Кристарис было видно невооруженным глазом. Во-вторых, поразилась, что у старой ведьмы такая молоденькая дочка — на первый взгляд ей не больше двадцати. И в-третьих — магии в девушке не было. Горе горькое у Кристарис, дочь-пустышка.

— Здравствуйте, — дружелюбно просияла, — мне выпала честь помочь вам. Меня зовут Алиса.