Мой злодей

Поэтому она отправилась в столовую на завтрак в надежде, что все остальные уже ушли и ей не придется изображать счастливую новобрачную, тем более что счастливой она себя не чувствовала.

Столовая действительно оказалась пуста. Пытаясь не думать ни о чем таком, что могло расстроить ее еще больше, Ребекка ела все подряд и вдруг поймала себя на том, что тянется к очередной колбаске, хотя была уже сыта. Значит, она постоянно переедает? И поэтому так быстро поправляется? Слава Богу! А она уже думала, что ей суждено родить настоящего великана.

Но ее настроение так и не улучшилось. Она самой себе была противна.

Ребекка встала из-за стола и направилась к выходу из столовой. Руперт выбрал явно неподходящий момент, чтобы предстать перед женой и сжать ее талию. Она поняла, что муж проверяет, насколько она располнела. Неужели ему так необходимо ее унижать?!

— Черт! — воскликнул он. — Набиваешь желудок десертами. Чтобы продлить неизвестность?

Ребекка была так расстроена, что не услышала смешливых ноток в его голосе и поняла только, что он по-прежнему не верит в ее беременность.

— Наконец-то ты меня уличил! — рявкнула она. — Значит, я всего-навсего собираюсь родить пирожок!

— Это не очень забавно, Бекка.

— Как и твоя абсурдная реплика. Неужели воображаешь, что мне нравится моя изуродованная фигура? Ненавижу ее, но не так, как ненавижу тебя!

Едва успев договорить, она залилась слезами и бросилась наверх, подальше от него, потому что сказала неправду. Все изменения ее тела вполне закономерны: ведь в нем живет ребенок, которого она уже любит всем сердцем. И Руперта она не может ненавидеть. Да, он постоянно ее злил, но все же ее чувства к нему далеки от ненависти.

Руперт последовал за ней и постучал в дверь спальни. Ребекка не ответила, а он не попытался нажать на ручку, чтобы проверить, заперт ли замок.

Когда Руперт наконец ушел, она плакала, пока не уснула. Но спала недолго и после полудня проснулась от голода. Святители небесные, это уже смешно! Но по крайней мере ей стало легче на душе. Теперь она снова готова притворяться счастливой!

Полная решимости никому не показывать, как ей плохо, она отправилась в столовую.

Руперт не сказал ни слова в течение ленча. Что ж, неудивительно после ее сегодняшнего взрыва ярости! Но он то и дело поглядывал на нее, и хотя глаза его были абсолютно непроницаемыми, если не считать тех случаев, когда он подшучивал над матерью, Ребекка ощущала его… сочувствие? Нет, скорее всего любопытство. Наверное, он не понимает, почему жена так остро отреагировала на его шутку, хотя и не слишком удачную. Шутку, прямо скажем, дурного тона. Но вряд ли он сказал это всерьез."

"После ленча Руперт исчез, и Ребекка смогла немного успокоиться. Они со свекровью сидели в гостиной. Джулия ей нравилась.