Мой тренер

 — Спустя почти четыре года после того как у нас появилась ты, Бог дал нам и сыночка. Так бывает.

— Он не знает?

— Нет, — ответила она. — Мы никому не говорили. Ну бабушка с дедушкой знают, конечно, тоже.

— И все молчали…

— Не обижайся на них. Это мы с Кириллом запретили рассказывать.

— Конспираторы ещё, — проворчала я, уже больше не ощущая такой сильной обиды, какая была ещё несколько часов назад.

Разговор с мамой все же дал мне большое

облегчение. И ей тоже.

— Я просто хотела, чтобы ты была счастлива, Сонечка.

Мягко улыбнулась ей и поцеловала в щёку.

— Последний вопрос: как меня зовут на самом деле?

— Так и зовут — София, — ответила мама. — У тебя же было свидетельство о рождении и имя. Мама тебя уже называла Сонечкой, и мы не стали ничего менять. Ты все та же Соня, малыш.

— Слава Богу, — сказала я. — С тобой заново познакомилась, хотя бы с собой не придётся знакомиться ещё раз."

"Переглянулись с ней и заулыбались. Напряжение между мной и мамой заметно упало. Сказать, что я окончательно расслабилась и простила, не могу, но, наверное, теперь смогу это преодолеть. Спасибо за разговор маме. И Камилю. Как он оказался прав насчёт всего, даже о судьбе биологической мамы угадал.

— Соня, — тронула меня мама за руку. — Давай не будем никому ничего говорить? Мирославу и папе. Ну зачем им это знать? То есть, Кирилл, конечно же, в курсе. Но пусть не знает, что ты все узнала. Я…такое сегодня пережила. Ни к чему папе проходить тоже самое. Ему будет больно.

Посмотрела на неё и в голове пробежала мысль — как же сильно родители любят друг друга. Даже спустя много лет. Мама не хочет, чтобы папа переживал, и в этом действительно нет никакого смысла. Днём я была на эмоциях, но мозгами-то понимаю, что он строгий со мной вовсе не потому что я ему не дочь. Девочку и мальчика в принципе невозможно воспитывать одинаково. И положа руку на сердце, Мирослав, точно так же как и я, не может выбрать будущее место учёбы. Папа уже все за него решил…

— Да я и не собиралась говорить, — ответила я ей. — Можешь не переживать.

— Спасибо, дорогая, — погладила мама меня по волосам. — Ты такая у меня умница…

* * *От пережитого дня ещё долго не получалось уснуть. В душе боролись сразу столько чувств и противоречили друг другу.

Понимание спорило с обидой на то, что мама все скрыла от меня. Наверное, я бы тоже не сказала на ее месте. Ведь для меня так же, как и для неё, уже было бы неважно, как мой ребёнок попал ко мне. Он мой и точка. Я должна понять свою семью. Когда-нибудь мне станет легче.

А то, что произошло в тренерской, тем более выбивало почву из-под ног. Что это было? Как какая-то неуправляемая энергия накрыла нас обоих.