Мой темный Ромео

Как и ты, кстати.

Это был самый покровительственный, двусмысленный и ужасный комплимент, который мне когда-либо делали. И я даже не могла сказать ему об этом, потому что тогда он знал бы, как сильно он меня обидел.

— Эй, Ромео?

— Хм?

— Ты заметил, что в последние несколько дней не слишком много жевал жвачку?

Я заметила.

Я замечала в нем все.

Ромео наклонил голову.

— Это верно. Прошло несколько дней.

— На днях тебе придется рассказать мне, почему ты так любишь жвачку и тишину, — поддразнила я, найдя его ногой под столом.

— Почему тебе так интересно?

— Потому что наши привычки говорят нам, кто мы есть. Твои причуды – это часть тебя, — я сделала паузу. — И я хочу собрать тебя по кусочкам, Ромео Коста. То есть, если ты мне позволишь.

Он вскочил, захватив с собой бутылку с водой.

— Я буду в своем кабинете, за работой. Спасибо за трах, Печенька.

ГЛАВА 57

Ромео

Спасибо за трах, Печенька?

Я заслужил, чтобы меня ударила каждая женщина на Земле.

Тем не менее, я имел в виду то, что сказал.

Хотя ее чувства действительно имели значение, со стороны Даллас было бы неправильно принимать наши сердечные отношения за романтические."

"Честно говоря, Морган не имела к этому никакого отношения. Мое сердце уже давно сгнило к тому времени, когда она появилась в кадре.

Нет. Меня встревожило не мое мертвое сердце.

Это была опасность того, что моя жена могла сделать с ним. Сдует пыль своим сладким дыханием. Отмоет его надгробие своими умелыми руками. Вдохнет в него жизнь своей невыносимой, неоспоримой сладостью.

Со своего портрета в моем кабинете Печенька нависала надо мной. Ее глаза цеплялись за мой профиль, когда мои мокасины расплющивали ковер.

Взад и вперед.

Конечно, у нас было что-то хорошее. Я доверял ей. Даже наслаждался ее обществом. Ее влагалище было самым сладким из того, что я когда-либо пробовал, возможно, из-за промышленного количества сахара, которое она потребляла.

Но больше этого никогда не будет. И как я мог удержать свою жену, предлагая ей лишь малую часть того, что, как мы оба знали, она заслуживает.

В ту ночь я не входил в ее комнату.

Или на следующую ночь.

Вместо этого я поехал в особняк Оливера с Заком. Они только что вернулись из наших ежегодных предрождественских каникул для катания на сноуборде в Колорадо, которые я пропустил впервые.

За все время.

Парни играли в бильярд, пока я нянчился с бутылкой, сидя на винтажном автомате «Pac-Man». Перед ними по телевизору танцевала игра «Командиры».

В общем, приятный вечер.

Я должен был пропустить эти встречи с ними теперь, когда я проводил большую часть своего скудного свободного времени с Печенькой.

Но почему-то я этого не сделал.