Мой бывший предатель

 — У Юры начались проблемы как только ты появился.

— Тогда советую переговорить с мужем. Что он там придумал. Или у вас всё плохо? И он любую возможность придумает, чтобы тебя удержать. Общий враг.

— Проверку запросил один генерал. Его дочь — ведёт бизнес. А её инвестор…

— Я? Ты это проверяла?

— Да. Естественно.

Я больше не такая наивная, чтобы на слово верить. Проверила всё сразу, что можно было в интернете найти.

Как вроде репортажа с открытия нового филиала, на котором и Дубинина упоминали.

— Возможно, — соглашается Савва. — У меня десяток таких фирм, не знаю кто чья дочь. Меня интересует прибыль, а не связи.

— Опять врёшь. Я тебя знаю, Савв. Ты любишь полезные знакомства. Не раз об этом говорил. Я твоих друзей помню. Где не прокурор, там — его помощник."

"— Нет, с прокурорами — это Паша любит дружить. Но я понял о чём ты. Хочешь — я узнаю, что там на самом деле происходит. Пара звонков. У меня нет нужды как-либо Балабанова подставлять.

— Да? А разве…

— Мой черёд. Когда ты с ним познакомилась? До нашего развода?

— После.

— И насколько…

— Мой черёд.

Савва хмыкает. Наша игра в пинг-понг продолжается. Но даже нравится мне. Так намного проще.

Подавать и отбивать.

Всё как на работе.

Я не доверяю Дубинину, но при этом верю его словам. Зачем Савве врать про то, что он ни при чём?

Мог бы наоборот, добавить. Мол, проблем будет только больше, если я не… А дальше нужное подставить.

— Ты действительно не собираешься причинять вред моему сыну? — я сглатываю. — Мы сдавали много анализов разных… Мало ли как ты получаешь свои данные…

— Он чем-то болеет? — мужчина мгновенно напрягается.

— Нет. Но я немного паникёрша в этом плане. Не в этом вопрос.

— Во-первых, донорство двухлетним ребёнком запрещено в нашей стране. И во многих других. Второе, это незаконное донорство без согласия! И третье… Я бы не причинил вреда ребёнку. Боже, Мара! В самом деле. Никогда такой мразью себя не считал.

— Да? На аборт отправил случайно?

— Ты действительно хочешь это обсуждать? И все причины? Мне их проговорить?

Его голос становится пугающе низким. Савва словно скалится, готовясь наброситься на меня.

Предупреждает, что понял уже правду?

Причины…

Цепляюсь за это.

— В любом случае, мой черёд, — отводит взгляд. — Клянусь, что ничего плохого Кириллу не сделаю. И вообще не планировал к нему лезть. Но я не понимаю… Ты же не идиотка, Мара. А ведёшь себя как… Откуда вообще пошло, что я буду детей похищать? Как какой-то чертов торговец органами.

— А ты не понимаешь? Ты заявился. У тебя дочь больная.

— Марьям, погоди…

— И разговор как ты ищешь донора. И странное внимание. Очень много знаков. У меня был повод для беспокойства. Ты должен меня понять, Дубинин. Я тебя не знаю больше. И я… Я просто волнуюсь за своего сына. Как любой родитель.