Мой палач

Так хочется, чтобы он сам все объяснил, он же говорил, что это не моя проблема.

А сейчас его нет. Зато она стоит напротив.

И ждет ответа.

- Ну что молчишь? - спрашивает с насмешкой.

- В гостинице ночевала, - перевожу на нее взгляд.

Она будто бы не удивляется. В лице не меняется. Лишь спустя секунду, переварив словно, изгибает бровь.

- Вот как? В гостинице? И что, это теперь норма у нас в семье? В гостиницах ночевать. Еще и с мужчиной, наверное? - давит она тоном, как камнями забрасывает.

Держусь, не отворачиваюсь. Понять не могу, она уже все знает и издевается надо мной.

Или не знает, а просто недовольна, что я такая распущенная.

- Что, интересно, отец тебе на это скажет, - она продолжает, нервно постукивает ногтями по сумке, а словно по мозгам мне. - Не говорила ему еще, как время на каникулах проводишь?

- Какое тебе дело? - срываюсь, от ее нападок закрываюсь и складываю руки на груди. - Тебя это раньше не волновало. Что теперь случилось?

- Все меняется, Аня. Бывает так, живешь, живешь, а потом назад оборачиваешься - и понимаешь. Где-то не дотянула. Где-то перегнула, наоборот, - рассуждает она отстраненно и тоже смотрит на машину Кирилла. - Чем заниматься собираешься сегодня?

В удивлении моргаю.

- Ничем. Переодеться хотела.

- А переезжать когда думаешь?

- Куда?

- К Марку, - она крутит ремешок наручных часов. - Договорились ведь уже. Марк предложение сделал. Ждет тебя, не дождется. Одно дело - мужчину мариновать, когда он не готов. Там нужно даже. А когда он на крючке уже - хватать надо скорее. Пока не сорвался, - делится она житейской мудростью. - А ты что делаешь? Носом крутишь и с мужиками по гостиницам шляешься. В общем, так. Ключи сюда давай, - неожиданно заканчивает она.

- Какие? - теряюсь.

- От квартиры, - она протягивает ладонь. - Нечего тебе тут больше делать. К жениху поезжай.

Молча смотрю на нее. Из прически кудряшки выбились, на легком ветерке они стоят дыбом. Макияж слегка смазался.

И даже костюм сидит как-то не так, она на себя не похожа, вся дерганная, и голос странный, глухой.

А требование ее - вообще, с безумием граничит.

- Я же тебе вчера все сказала, - крепче цепляюсь в лямку рюкзака, словно боюсь, что она набросится  и отбирать его начнет. - У нас с Марком все кончено. У нас ничего и не было. И замуж за него я не собираюсь. И переезжать к нему тем более.

Едва успеваю закончить - справа хлопает дверь.

Скашиваю глаза - на парковке пристроился кабриолет Марка. И сам он, белое, слепящее на солнце пятно - равняется с нами.

- Доброе утро, дамы, - вежливо здоровается. Широко, во все зубы, улыбается. - Уезжаете куда-то?

- Привет, дорогой, - мама тоже ему улыбается. - Да, уезжаем. Я в институт. А Аня вот тебя ждет. Я ей сказала, что вещи и потом можно собрать, я сама соберу. На такси вам отправлю. Вы главное обживайтесь вдвоем, притирайтесь.