Мой обман

Едва успел придержать и направить к себе на колени, чтобы не грохнулась на пол. В таком состоянии и сгруппироваться нормально не получится.

Волнение за ее здоровье перекрывает только одно. Она вот так рядом. Спустя два месяца. И я не понимаю себя, то ли внутри все горит от того, что рядом давно не было девушки, то ли от того, что рядом не было определенной девушки.

Она быстро приходит в себя и не задерживается. Еще одно подтверждение тому, что это не игра. Иначе она бы просидела гораздо дольше.

Пока спрашиваю, что с ней, рассматриваю лицо. В контрасте с этим голубым с крупными цветами платьем ее лицо выглядит бледным. Даже болезненным. Может, у нее на самом деле проблемы со здоровьем? Поэтому и вернулась в Россию? Почему тогда этот Шаолинь не приехал? Или ему совсем нет дела, что происходит с девушкой, которая его выбрала.

Я не задерживаю Леру, а рассматриваю стопку бумаг на столе. Как она вообще умудрилась столько напечатать за утро и еще разложить по важности. Это же на полдня работы. Может, она перетрудилась и поэтому ей стало плохо?

Бросаю взгляд на стол и замечаю документ, который надо было срочно отправить. Поднимаюсь и иду к двери. Она же отпрашивалась тогда. Может, уже ходила в больницу и что-то знает, а сейчас не договаривает…

Берусь за ручку, чтобы открыть дверь, но замираю, когда слышу за дверью разговор.

— Понравилось? — Без утреннего приветствия скрипит сейчас голос Вероники."

"Я еще не понимаю, кому адресован вопрос и в чем причина ее недовольства. Но по короткому в ответ: “Для меня это работа, а не кастинг в порноактрисы”, понимаю, что претензия к Лере. Почему только? Что они за неделю работы не успели поделить? Вчера в лифте Вероника хотела Лере за ее предложение язык вырвать. Потом еще в лифте оправдывалась, что ей не сложно и после работы. А потом с удивленными глазами смотрела на меня, когда я на самом деле остановился возле метро. Она искренне ждала, что я подвезу ее домой, но… зря.

— Ты кем себя возомнила, Орлова? — Ого. То что Лера может ответить и постоять за себя я и не сомневался, а вот что моя тихая и всегда милая секретарша не такая уж и милая с остальными, стало откровением.

— Тем, кем тебе никогда не быть. — Последняя реплика от Леры и звук удаляющегося стука каблуков.

Почему меня так заводит в ней эта черта?! Не ноет без дела. Умеет удивлять. Не навязывается, но, одновременно, всегда рядом.

— Да ты никто, и он не будет твоим.

Настало время выбраться мне и узнать причину спора.

— Что за крик? — обращаюсь к секретарю и одновременно понимаю реплику про порноактрису. Это платье, несомненно, эффектно на ней смотриться, но больше смахивает на пояс неверности.

— Михаил Егорович, доброе утро. — Ее лицо меняется на приветливое. — Я вернулась, взяла счета и принесла вам образцы.