Мой малыш миллионера

Последний суд по его делу состоялся сегодня, и Мирон принес домой радостные вести.

– Я блинов напекла, хочешь? – спрашиваю у любимого, хотя он, наверное, и по запаху должен был понять. – Твои любимые, на кефире. Я там еще варенье достала, которое тетя Наташа передала. У нее вкусное варенье, ты такого еще точно не пробовал.

– Чщщщ… – Мирон прикладывает палец к моим губам.

Я замираю и начинаю часто моргать. Я что, что-то не так сказала? Он же всегда любил мои блинчики, а сейчас что? Я же старалась…

– Знаю, Ань, сейчас не самый подходящий момент, и я еще даже куртку не снял, но ждать больше просто нет сил.

Мирон запускает руку в карман и достает оттуда округлую черную коробочку. Маленькую такую, что в его здоровенной ручище скрывается практически полностью.

Не может быть! Быть не может!

Я уже забываю о том, что только что готова была до вечера возмущаться о неблагодарном поведении любимого мужчины. Какие могут быть блины, когда тут такое?!

Мирон встает на одно колено, не спеша открывает коробочку, внутри которой красуется кольцо с большим таким, нет, просто огромным камнем.

– Белоснежка, – начинает он, и я чувствую в его, обычно уверенном тоне, легкое волнение, – ты выйдешь за меня замуж?

Дыхание перехватывает. Я буквально забываю о том, как дышать. Вроде и ждала такого поворота событий, надеялась на него, но когда все случилось – растерялась неожиданно даже для самой себя.

– Выйдешь? – переспрашивает любимый, потому что, видимо я сильно тяну с ответом.

– Конечно! – восклицаю, часто кивая головой. – Я люблю тебя, Мирон, и с радостью стану твоей женой.

Полтора года спустя

– Макар, осторожно, ты же упадешь! – бросаю полотенце и подбегаю к сыну, который только что вскарабкался на табуретку.

– О! Тот! – сынок указывает на торт, смешно проглатывая букву «Р».

– Торт будем есть, когда папа придет, потерпи еще немного, – улыбаюсь, усаживая ребенка поудобнее.

Какой же юркий он стал! Иногда не успеваю отвернуться, а Макар уже залез куда-нибудь или набил себе очередную шишку.

Я каждый раз сильно переживаю, и готова после каждого падения везти малыша в травмпункт. Я же, как любая порядочная мать, начиталась в интернете страшных историй про последствия таких вот активных игр.

Мирон же всегда говорит, что не стоит так акцентировать внимание на синяках ребенка. Пусть растет настоящим мужиком, который стойко переживает любые неудачи и падения.

Да, наверное, он прав, но мне все равно тревожно.

А еще в два года Макара будто прорвало. Раньше – слова клещами было не вытянуть. Те пару десятков слов, что он знал, говорил очень нехотя, редко, будто делал суетливым родителям одолжения.

А потом, на следующий день после дня рождения, решил раскрыть свой потенциал.