Мой личный ангел

Это значительно облегчит мне жизнь.

Участковый, хмурясь, смотрел на меня, потом ответил:

— Если бы это зависело от меня, я бы промолчал. Но как мы заткнем рот людям? Они точно о тебе расскажут. Боюсь, побеседовать со следователем все же придется.

— Тогда хотя бы не упоминай, что я участвовала в расследовании. Оставим версию с книгой. Например, что я расспрашивала народ и делилась с тобой их рассказами. А ты подумал, почему бы не вспомнить старое дело. А на Милу и этот дом вышел сам.

— Хорошо, это я сделаю, — кивнул собеседник. — Тогда вам с Игнатом надо отсюда уезжать, — оглянулся вокруг и покачал головой: — Ладно, давайте, я сам вас отвезу и сразу вернусь сюда. Тут езды минут пятнадцать. Ничего с этой кроссовкой не случится. Одиннадцать лет в сарае пролежала.

На всякий случай участковый сфотографировал кроссовку в куче мусора, прикрыл ее валяющейся рядом деревяшкой, и мы пошли к машине.

Павел быстро довез нас до дома, высадил у ворот и умчался. Уже темнело, а ему еще нужно было вызвать бригаду. Мы с Игнатом в молчании зашли во двор. Мой спутник дошел до лавочки и опустился на нее. Я присела рядом. Какое-то время он молчал, потом тихо спросил:

— Ты, правда, думаешь, что Люба осталась жива? Я даже надеяться на это боюсь. Столько моих надежд не оправдалось.

— Я допускаю, что это возможно. Ты прав, не стоит слишком на это рассчитывать. Кроссовка могла оказаться там случайно. Но проверить версию нужно. Сейчас эксперты осмотрят весь дом. Может, что и найдут.

Дальше мы снова сидели в тишине, погруженные в мрачные раздумья. Я пыталась понять, что произошло с Любой. Если ей все же удалось выбраться из реки живой, почему она не сообщила родным, Игнату? Допустим, сначала девушка была в шоке, возможно, в беспамятстве. Но потом что ей помешало хотя бы весточку о себе подать? Я снова повернулась к своему спутнику.

— Послушай, я почти уверена: если Люба тебя, и правда, любила, она должна была дать о себе знать. Вспоминай! Это могло быть что угодно: странное сообщение на телефон с незнакомого номера, письмо, записка. Скорее всего, без подписи, но с каким-то опознавательным знаком, понятным только для тебя. Давай, думай!

Игнат удивленно смотрел на меня, потом отвел взгляд и нахмурился и вдруг побледнел. Вскочил с лавочки и сдавленно произнес:

— Пойдем, мне понадобится помощь.

Он быстрым шагом направился к своему дому, я шла за ним. В коттедже Игнат сразу поднялся на второй этаж и показал мне на люк в потолке, к которому вела деревянная лестница, приставленная к стене. Потом сказал:

— Придется тебе туда залезть. Я с одной рукой не смогу. Откроешь люк, и там справа коробка картонная стоит. Спускай ее сюда.

Я выполнила, что он просил.