Мой генерал

От этого ей стало не по себе. Она все отводила глаза, глядя ему в грудь – широкую и гладкую, почти без волос. На ногах были волосы, а на груди – нет.

Господи, о чем она думает?!

Он вытащил руку – в его руке была зажата Маринина – и стал рассматривать ее, как будто что-то очень интересное.

– Так почему?

– Что?

– Почему ты не стал генералом?

– Я стал генералом, – вдруг сказал он. – Тучковых не генералов не бывает.

– Ты же говорил, что… не стал!

– Я врал.

– Зачем?

– Чтобы не было никаких слухов.

– Господи, каких еще слухов?!

Он вздохнул. Грудь эпохи Возрождения поднялась и опустилась вместе с Марининой ладонью, которую он теперь прижимал к себе. Ладони было тепло."

"– Давай пока не будем об этом говорить, – попросил он почти жалобно. – Давай лучше о том, как… все было.

Нет, вот о том, «как все было», Марина говорить ни за что не станет! Ни за что! Ни-ког-да!

Интересно, а на работе догадаются, что у нее теперь «есть мужчина»? Нет, наверное, «был мужчина» – вряд ли этот мужчина останется в настоящем времени!

Догадаются или нет?

Ну как в фильме «Служебный роман» – она придет утром на работу, а все вокруг будут таращиться, оборачиваться, пялить глаза, останавливаться, падать налево и направо и сами собой укладываться в штабеля!

И что он там говорит? Что врал?

Выходит, он никакой не капитан в выцветших и потертых джинсах, а целый генерал?!

– Ты правда генерал?

– Да.

– А ты генерал… чего?

– Контрразведка ФСБ.

Марина так подскочила, как будто в бок ей впилась выскочившая из середины трехспального сексодрома пружина – пыточное орудие.

Какая еще – контрразведка?! Что значит – ФСБ?!

Позвольте, но ведь каждый интеллигентный и уважающий себя человек должен ненавидеть «тайную полицию», «государство в государстве», наушников, шпионов и палачей, из которых состоит данная организация, прямая наследница всесильного, отвратительного, воняющего псиной и человеческими страданиями КГБ?!

Нормальный человек не может там работать, да еще дослужиться до больших чинов, да еще выглядеть так обманчиво мило – в распашонки наряжался и пестроцветные брюки!

Господи помилуй, ФСБ!

Бабушкиного отца чекисты расстреляли в Бутовской дубовой рощице, и бабушка узнала об этом всего лет десять назад, когда рассекретили какие-то архивы.

Они поехали искать место и не нашли – только огромные бетонные дома, со всех сторон дома, и скоростное шоссе, и люди, люди, толпы людей и никакого покоя, и никакой надежды на то, что покой этот когда-нибудь настанет.

Говорили про памятник, про скверик – не нашли ни памятника, ни оградки.