Мой Дьявол

Хотя, всё равно не смогла не отметить в отражении зеркала насколько я изменилась и как стала выглядеть иначе в этих брендовых шмотках. Впрочем… всё это сейчас читалось в полуприкрытых глазах Маннерса, который разглядывал меня всё это время с головы до ног (и обратно) плотоядным взглядом пресыщенного, но очень довольного моим аппетитным видом хищника.

— Что ж… вполне даже недурно. На нечто приблизительное я и рассчитывал. Главное что без нижнего белья. Терпеть не могу проступающий через ткань одежды рельеф трусов и лифчиков. Только портят общее впечатление.

Он так и продолжал меня рассматривать, как будто я уже стояла перед ним полностью голая, беззащитная и готовая его принять в любую из ближайших секунд. И, естественно, ни от его лапающего взгляда, ни от прессующей близости легче не становилось. Скорее, наоборот. Хотелось сдохнуть прямо сейчас же и желательно мгновенно.

— В-вы же… не можете не понимать… что весь этот фарс едва ли принесёт вам желаемый результат. Я не… у меня…

— Дыши, Энн. — он вдруг вытянул из кармана брюк правую ладонь и направил ею в сторону дивана, громко прищёлкнув пальцами, чем и вынудил меня панически вздрогнуть. А потом интуитивно потянуться взглядом к его руке, перестав дышать, соображать и практически не верить собственным глазам. Тому, как он снова указал на сиденье дивана, но уже без голосового приглашения. — И хватит паниковать. Я не собираюсь с тобой делать ничего из того, что тебе может не понравиться. Садись уже и расслабься.

Он даже сделал полушаг назад и немного в сторону, но на вряд ли для того, чтобы я успокоилась от слегка увеличившегося между нами расстояния. Просто подошёл к ещё одному более высокому столику возле ближайшего к дивану кресла и подхватил из серебряного ведёрка бутылку с шампанским из прозрачного стекла с золотой этикеткой. Рассмотреть с такой дистанции название марки у меня не получилось. Но лично мне этого и не требовалось. Я и так знала, как выглядит самое дорогое в мире шампанское Кристалл.

А как же условие про не напиваться?

— Всего пару глотков, чтобы перестали дрожать руки. — он будто прочёл мои мысли, когда снова неспешно вернулся к дивану и протянул мне наполовину наполненный бокал с игристым золотисто-розовым напитком. И опять взглянул на меня, в этот раз сверху вниз, как бы по ходу, ни на что не претендуя и ничего не обещая. Словно и вправду пригласил меня сюда чисто из скуки, просто поговорить.

Я всё же заставила себя поднять руку и, преодолевая в ней слишком явную дрожь, потянулась за бокалом, стараясь смотреть куда угодно и на что угодно, но только не в лицо Маннерса и не на его живот, оказавшийся сейчас на уровне моих глаз.

— Умница. Осталось только разобраться с твоей неуместной паникой.