Мой Дьявол

Глава 20

Неужели я до сих пор не умерла? Как такое возможно? Или всё-таки уже почти достигла летальной черты, просто не поняла и не заметила как?

Подобное поведение больше походит на тупые инстинкты безмозглого зомби, который двигается и что-то делает под воздействием мышечных рефлексов. Но, когда ты подчиняешься давлению и всем физическим манипуляциям собственного растлителя, на какие-то иные со своей стороны действия можно не рассчитывать. Ведь ты в буквальном смысле этого слова превращаешься в марионетку, которую одним резким рывком отдёргивают от дверей лифта и без каких-либо усилий начинают тащить в неизвестном направлении. Будто и вправду как какую-нибудь ничего не весящую тряпичную куклу. А всё, что ты при этом можешь делать со своей стороны — лишь таращить от испытываемых страхов глаза и ждать неизбежного.

— Умоляю! Пожалуйста! Отпустите меня!

— Только попробуй зарыдать или снова попытаться надавить на мою жалость. — ответный рык Маннерса у моего затылка бьёт по рассудку очередным шокирующим залпом буквально навылет.

Меня передёргивает, как от мощного разряда током. Но я не могу даже упереться ногами о пол. Поскольку меня попросту парализует под нещадной хваткой мужских рук, как и под прессингом его грёбанной близости, которая больше походит на плотный саван — и физический, и ментальный одновременно. И если действительно начну сопротивляться, боюсь даже представить, что он тогда со мной сделает.

— Я больше не хочу!.. Не хочу вас! Отпустите!

— Не забудь сказать, насколько я тебе противен.

Я почти не видела, куда он меня тащил. Казалось, за эти бешеные секунды я не только окончательно отупела, но и частично оглохла, ослепла и потеряла какую-либо связь с окружающим пространством. Очнулась, и то не до конца, когда мы остановились перед дверьми с панелью под кодовым замком. И, естественно, запомнить комбинацию цифр, которую Маннерс очень быстро набрал правой рукой (при этом, будто налегке удерживая меня рядом с собой одной левой), я не успела.

— Пожалуйста… не надо! — я снова всхлипываю, слушая гулкий стук собственного сердца и на какой-то самой отдалённой границе своего контуженного разума ловлю себя на мысли, что мой Дьявол тоже его слышит. Он же прижимает мою спину к своей груди, сцепив спереди мне руки за запястья мёртвой хваткой левой ладони.

Я будто бы только сейчас осознала с полной ясностью, какой же в нём скрывался на самом деле физический потенциал. И далеко не один лишь физический. При мимолётном желании, он мог запросто свернуть мне шею всего в одно движение, как и вытрясти всю душу, приложив затылком к ближайшей стенке. Но на благо (или же, наоборот, к несчастью), у него были на меня совершенно иные планы.