Мой дикий сводный

— Почему мы приехали к тебе?

Мирон смотрит на меня с усмешкой, но по его взгляду и напряжённой позе я понимаю: он не шутит. Его пальцы нервно постукивают по рулю, а в глазах читается что-то между решительностью и сомнением.

— Подожди, — качает он головой, будто пытается собраться с мыслями. — Ты же хотела серьёзные отношения, да?

— Да, но… — растерянно тяну я, снова оборачиваясь на его дом. — Это же не значит, что нужно сразу жить вместе!

— А что для тебя тогда «серьёзные отношения»? — недовольно фыркает Мирон, скрестив руки на груди.

Я замолкаю, потому что, в принципе, для меня серьёзные отношения — это как раз жить вместе, строить семью, делить быт. Просто я не ожидала, что всё начнётся прямо сейчас. Словно он взял и перемотал плёнку нашей жизни на несколько кадров вперёд.

— Ты хоть знаешь, чего сама-то хочешь? — усмехается Мирон и глушит двигатель.

— Я знаю! — возмущаюсь, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Я просто не ожидала… от тебя этого... так быстро.

— Хорошо, — вздёргивает бровь Мирон и со вздохом откидывается на сиденье. — С чего ты предлагаешь начать?

Что мне ему ответить? Погулять за ручки? Походить в театр? Это вряд ли про Мирона. Он больше из тех, кто действует нахрапом.

Я нахожусь в состоянии лёгкого шока. С одной стороны, мне приятно, что он не раздумывая привёз меня к себе, тем самым показав, что реально настроен серьезно. С другой — страшно. Страшно, что наши отношения не продлятся долго, и вся эта суета с перетаскиванием вещей будет выглядеть просто глупо.

— Было бы неплохо, если бы наши родители первое время не знали, что мы встречаемся, — осторожно говорю я, боясь, что он обидится.

— Почему? — хмурится он, и я вижу, как его брови сходятся в строгую линию.

— Ну, потому что мы сводные, — развожу руками. — Наверное, это немного неправильно — встречаться со своим, пусть и не родным, братом.

— Неправильно — встречаться с родным, — усмехается Мирон. — Ладно, допустим. Ты можешь просто сказать, что переезжаешь, но не говорить, что ко мне. Если я начну часто к вам приезжать, это будет выглядеть куда более подозрительно.

Я пожимаю плечами. На это возражений у меня не находится.

— Ладно, пошли, хотя бы поедим и я покажу тебе свою берлогу, — вздыхает Мирон, открывая дверь. — А дальше видно будет.

Мы поднимаемся на самый верхний этаж, и я замираю на пороге его квартиры. Просторная, светлая, с огромными окнами, она выглядит так, будто ее проектировал какой-то крутой дизайнер, но точно не как берлога.

Первое, что бросается в глаза, — чистота. Обувь аккуратно расставлена, нет лишних вещей, и, кажется, даже пыли взяться неоткуда.

— Вау, — не могу сдержать удивлённого вздоха. — Ты сам убираешься или к тебе приходит клинер?

Мирон закатывает глаза, но я вижу, что уголки его губ дрогнули в довольной улыбке.