Мой чужой ребенок

 — Вредина и лентяйка, но очень сладкая.

Целую дочку в мягкие щечки, потираясь носом о ее носик, и полной грудью вдыхаю сладкий аромат детской присыпки, исходящий от нее.

- Сладенький ребеночек! Так бы и затискала тебя всю!

- Согласен, — внезапно раздается голос Дубова над ухом.

Он стоит совсем рядом и, хотя не соприкасается со мной, но близок к этому. Мужчина медленно наклоняется, не отпуская моего взгляда своими гипнотизирующими голубыми глазами, и целует Аришку в ту же щечку, что и я секундами ранее, а потом, не разгибаясь, поворачивает голову, обдавая мои губы мятным дыханием.

На долгий миг мы оба застываем, он — с вопросом в глазах, я — с нерешительностью и безотчетным страхом. А потом, Дубов, видимо, сам принимает решение и медленно накрывает мои губы своими, обняв нас с Аришкой обеими руками и прижав к своему сильному телу.

Мои глаза с трепетом закрываются, а губы медленно приоткрываются, встречая его поцелуй, и на короткий момент я совершенно перестаю думать, растворившись в волшебном чувстве, пронизывающем тело огненными вспышками, но этот сладкий миг заканчивается очень быстро. Отчасти, из-за того, что Аришка начинает ерзать в наших общих объятиях.

Я распахиваю веки и с ужасом отстраняюсь от горячих губ начальника, и только благодаря его ловким рукам, не падаю вместе с тяжелым ребенком на руках.

- Порядок, дай ее мне, — ласково шепчет Дубов, перехватывая Арину, а я, как только дочка оказывается в безопасности, накрываю горящий рот рукой и трусливо сбегаю в свою спальню.

Подальше от него и от чувств, которые он во мне будит.

Глава 13

Стас

Марина делает вид, что ничего не было. Словно между нами не было того поцелуя, который послужил для меня настолько мощным выключателем самодисциплины, взращенной годами в окружении красавиц на любой вкус, что я едва смог взять эмоции под контроль.

В моей жизни случались не только серьезные отношения, но и мимолетные связи, основанные на чистой химии, которая возникала с той или иной девушкой и быстро проходила, стоило мне узнать, каково это может быть с ней на деле.

Однако, весь мой нескромный опыт не подготовил меня к тому, что произошло, когда мои губы коснулись нежных розовых губ моей помощницы.

Это не было ударом тока. Не было пылающих искр. Наш мимолетный, легкий, практически невинный, поцелуй стал самым чувственным опытом в моей жизни, перевернувший мир с ног на голову. Меня одновременно бросило и в жар, и в холод, а сердце стучало так, словно вот-вот остановится от перегруза, но что важнее всего, именно в этот миг я понял, что хочу Марю настолько сильно, что это не сравнится ни с одной жаждой, испытываемой человеком. Я был готов на все, лишь бы не отрываться от нее.