Мой чужой муж

Не моя жена, чужая женщина там, чужая!

Не замечаю даже, как опускаюсь на пол и к стене спиной прижимаюсь, обеими руками закрывая рот, чтоб в голос не завыть. Понимание приходит постепенно, глаза мои пьяные открывает. В мыслях отрывками всплывает все, что произошло. Даша мне не изменяла. Как же я не узнал раньше, что не она это была, не она!

Поднимаюсь и смотрю на свою жену. Мне хочется застрелиться лишь от одного понимания, что все это время, все, мать его время, наказывал ее ни за что! Если это правда, то я своими руками выбросил на улицу ту, которую любил как проклятый. Я делал ей больно, а она терпела.

– Зачем ты призналась, что работала шлюхой?! Ты же не была ею. Никогда."

"Мне хочется вспороть себе вены или яду нажраться, особенно после вчерашнего. Когда услышал это от нее, в меня словно зверь вселился. Лишь теперь отрывками вспоминаю, как трахал Дарину грубо и даже жестоко. С силой, болью и особым наслаждением ремнем ее порол. Без капли ласки, как шлюху настоящую, с которой все можно делать, и я делал. А потом просто ебал ее как шалаву последнюю, а она молчала и терпела. Ни звука, кажется, не произнесла.

Время останавливается. Я с женой в одной палате. Слышу ее ровное дыхание, а также датчики приборов. Кажется, что худшее позади, но в этот момент меня словно живьем режут на мелкие куски от боли. Заставляю себя подняться. Хочу за руку ее взять, но не могу. Не позволяю себе. Одергиваю руку.

Выхожу с палаты. Дышать становится трудно, даже закурить не могу, роняю сигарету на асфальт. Что я наделал. Своими руками все поломал, исковеркал, сжег. Мне нужно найти автора этой лжи чтобы закончить все, хотя теперь я понимаю, что мой персональный ад только начинается.

Не помню, как до дома добираюсь, действую чисто на инстинктах. На дворе уже давно рассвело, а я глаз не могу сомкнуть. Закрываюсь в своем кабинете от всех, даже от себя. Хочется нажраться, но не могу сделать даже этого.

Больше трех лет прошло, а я все еще верил в эту ложь. Отчаянно и беспрекословно верил. Не слышал ту, что правду мне говорила, она оказывается, ни разу не соврала мне. Не шлюха Даша никакая. Я должен был это и так понять по тому, как она вела себя. Как моих прикосновений боялась, хоть я и был ее мужем когда-то. Теперь даже не представляю, как трону ее снова, особенно после последнего нашего секса.

Звонок телефона заставляет вырваться из ада мыслей.

– Говори.

– Дарина пришла в себя. Можете приехать? Она уже вставать собирается. Очень за дочь переживает. Не хочу ей снова успокоительное колоть. Слишком слаба.

Хирург Дарины. Собственной персоной набирает с личного номера. Покупка нового оборудования для операционных даром не прошла.

– Еду.

На выходе из дома проверяю кнопку, тихо отворив дверь. Сопит на боку, нянька на кресле рядом сидит. Вроде порядок.