Мой босс по прозвищу Сатана

- Вы… вы сатана, притащили меня сюда, вы извращенец и… просто вам делать нечего, вы привыкли получать всё, что хотите по щелчку пальцев… - он убирает пальцы, а я хватаюсь за них, - ни в коем случае, не хватало мне того, чтобы вы меня… вот как этих… О, боже, они что и вправду… - затыкаюсь, не зная куда деть глаза, стараясь при этом не упустить из виду Оболенского.

- Трахаются, Иванова. Вещи своими именами называй, - немного грубовато сжимает мою талию.

- Вы пользуетесь тем, что я не могу вам врезать как полагается, - загнанная в угол, но не сломленная.

- Так ты любишь садомазо, милая? Напомни мне отшлёпать тебя, - не отступает он, указательным пальцем слегка касается низа груди.

- Ага! Сейчас! - краем глаза замечаю, что Оболенский поднимается по лестнице, - наша цель сейчас исчезнет.

- Пойдём, - напоследок хватает с подноса бокал с шампанским.

Мы пробираемся сквозь страстные парочки. Я стараюсь ни на что не смотреть, но зажать уши невозможно. Стоны и вскрики окружают нас.

Сата́нов сжимает мою талию и целует мне шею. Несмотря на то, что и ситуация странная, и я как будто пьяная. Отлично знаю, что Сата́нов притворяется в страсти, но то как он щекочет меня происходит взаправду.

Около лестниц мы замечаем секьюрити в набедренных повязках. Руки сложены на груди. Поигрывает мышцами.

- О-о-о-о-о-о, милочка, - произносит Сата́нов заплетающимся пьяным голосом.

Я поворачиваю к нему голову и удивлённо всматриваюсь в его лицо, в глазах Сата́нова танцуют джигу пьяные черти. Я же знаю, что он может быть серьёзным, сосредоточенным, злым. Но вот таким вижу впервые. Кстати актёр из него потрясный.

- Девка такая стеснительная, отказалась трахаться при всех, хочет в тёмном уголке попрыгать на моём члене, - глупо и пьяно хихикает Сата́нов, знает, как говорить с таким контингентом?

Чел в повязке смотрит недоверчиво. Из-за меня, я как будто деревенею, я же должна как-то… я не знаю, проявить интерес к Сата́нову.

- Сил нет, - пищу я и ластюсь к своему боссу словно мартовская кошка.

Целую его в щёку, но Андрей Александрович именно в этот момент поворачивается ко мне и мы встречаемся губами. Его горячие и влажные тут же захватывают мои.

Вот ведь засранец! Пользуется тем, что мы стоит перед тем, кто должен пропустить нас наверх.

Его язык требовательно открывает мой рот и врывается туда с бешеной силой. Невольно я вскрикиваю, распахиваю глаза и встречаюсь с боссом взглядом. Он слегка надавливает на мою поясницу и я сильнее прижимаюсь к нему, ощущая животом его напрягшийся член.

Он беспощаден, его язык терзает меня с такой силой, что мои ноги слабеют, я хватаюсь за его предплечья, а из меня вырывается сдавленный стон.