Мой большой... Босс

— Спасибо, — тихо, но с достоинством отвечаю Биг Боссу, уже полностью выступившему из полутьмы и теперь вальяжно опирающемуся о стену рядом с лифтами.

Руки он сунул в карманы классических брюк, немного сгорбился и сейчас умудряется выглядеть невероятно… Хулиганистым и опасным."

"Такой… Классический хищник, зверюга, лениво изучающий свою жертву.

Невольно дергаю подбородком.

Нет уж. Я сегодня жертвой быть отказываюсь.

Сегодня. И вообще.

— Мне понравилось твое выступление, русалка…

Надо сказать ему, чтоб не называл меня так. Это же невозможно, что такое. Каждый раз погружает в

жар…

— И твой голос… Красивый.

Ох…

— Спасибо.

Да, вот так правильно будет. Нейтрально. Спокойно.

Где этот лифт уже???

Тут на табло загорается цифра с нашим этажом, и раскрываются приветливо двери лифта.

— До свидания, — прощаюсь вежливо и торопливо захожу в кабинку.

Хочу нажать на двадцать пятый, чтоб побыстрей закрыть дверь, но в то же самое мгновение в кабинке становится тесно, а мое нервное движение опережает огромная пятерня.

Босс жмет на свой этаж.

Тот самый, где у него квартира…

— Что вы… Что ты…

Порываюсь нажать нужную кнопку, не глядя на Биг Босса, щеки горят, сердце бьется, ощущаю себя круглой, непроходимой идиоткой…

— Погоди, русалка, — мои пальцы перехватывают…

Затаив дыхание, смотрю на свою мелкую ладонь, утонувшую в здоровенной лапе Темирхана.

От его кожи распространяется невероятное, сладкое тепло. Оно, словно наркоз, отключает волю, лишает способности противостоять…

Не зря я столько времени его избегала, совсем не зря!

Словно понимала, что, стоит нам опять оказаться в одном пространстве… Опять вместе… И все. Не будет у меня никакой силы воли.

И меня не будет…

Темирхан это понимает, конечно понимает…

И делает все для того, чтоб окончательно поработить меня.

Ловит взгляд, тянет руку к губам… И целует, мягко и нежно, прямо в середину ладони.

И да, у меня тут же… Что бы вы думали?

Правильно!

Правильно, черт!

Тут же подгибаются колени!

Темирхан это ощущает, потому что в следующее мгновение я уже обвисаю, беспомощная и безумная, в его крепких руках. Вдыхаю дурманящий аромат, от которого не просто ноги подгибаются, они, нафиг, отказывают!

Не смотреть на него… Не смотреть, не смотреть, Майя, дура, не смотри!

… Глаза его, черные-черные, такие глубокие, что тону в них без остатка. Без разума.

А губы — властные и сухие. Жесткие.

Порабощают, с ума сводят.

Одновременно дрожу и горю, отвечаю и уворачиваюсь, текут слезы и бьется сердце дико в горле где-то.

Пропала я, совсем пропала.

Глупая Майка, беспомощная курица.

Так и будет он тебя таскать, так и будет делать с тобой все, что ему хочется.