Моя красавица

Она никогда еще не выглядела такой удивленной, несчастной, смущенной в своей наготе под его холодным взглядом.

— Я же сказал тебе, — спокойным, непроницаемым голосом ответил он. — Одевайся.

Может, она просто не привыкла к этим взрослым играм, может, ее мотивы были не слишком искушенными, она просто хотела любить его и заниматься с ним любовью, хотела понять его, стать частью его мира.

Океанская гладь сменилась городским пригородом, кофейнями и спешащими по своими делам людьми. Всего этого было слишком много для ее бедного рассудка, и она обернулась к Алекси, но здесь не было ничего для нее. Лишь мрачный незнакомец, мысли которого были для Кейт загадкой.

Они подъехали к офису. Алекси уже начал открывать дверь, но Кейт удержала его.

— Что там произошло, Алекси? — тихо спросила она.

— О чем ты? — нахмурился он, словно не понимая, о чем идет речь.

— Что произошло? — Ее голос непроизвольно стал громче.

— Я передумал. — На его лице появилась жесткая улыбка. — Есть у мужчины такая прерогатива.

Кейт показалось, что ее рука сама дернулась и ударила Алекси по щеке. И что еще хуже — он никак не отреагировал на это, а она, не шевелясь, смотрела, как на его гладкой коже проступает красный след от ее пальцев.

— Я доверяла тебе! Я готова была принять тот факт, что это не может продолжаться вечно, я согласилась с твоими правилами, с твоей странной логикой. Но в постели, когда мы были только вдвоем, я доверяла тебе! Даже когда ты шептал мне, что всегда будешь хотеть меня, я старалась придерживаться правил, убеждала себя, что в тебе говорит страсть.

Алекси закрыл глаза на несколько секунд, словно не хотел слышать ее слов.

— Я доверила тебе себя, свое тело, рядом с тобой я чувствовала себя в безопасности, я была свободна от стеснения и стыда, я думала, что, хотя бы когда мы занимаемся любовью, мы честны друг с другом.

— На самом деле да, — просто ответила Кейт и, открыв дверцу машины, вышла на улицу. — Нам нужно было о многом поговорить.

Она шла к лифту с высоко поднятой головой, всего на шаг впереди него, и заговорила вновь, лишь когда двери лифта закрылись за их спинами.

— Я наконец почувствовала себя свободной, потому что Крег рассказал мне, что уезжает. Я почувствовала себя счастливой, потому что он не стал просить у меня денег и продемонстрировал, что в самом деле любит Джорджи. А ты, Алекси, мог спросить меня, что я там делала с ним, попросить объяснить, что происходит, но вместо этого…

Он язвительно рассмеялся:

— И дать тебе возможность оправдаться?

— Мне незачем оправдываться. — Кейт никогда не чувствовала себя такой несчастной, слабой и разбитой, но одновременно она ощутила в себе силу, которую никогда не чувствовала раньше. — Между нами все кончено.