Моя красавица

Поэтому он должен рассказать ей все: о вопросах, на которые он не знал ответа, о страхе, который будит его по ночам, о стыде, который сжигает его каждый раз при мысли о Риминике, брате, которого он оставил позади много лет назад.

Но как он может попросить Кейт поверить в него, когда он сам не уверен в себе, когда он много не помнит и не знает всей правды.

Алекси подошел к окну, посмотрел на залив. Раньше он не обращал внимания на этот прекрасный вид, он заплатил за него, чтобы впечатлять своих потенциальных гостей, а не для того, чтобы наслаждаться им. За окном блестела серебристо-серая гладь океана. Но если вглядеться в нее, можно было увидеть зеленые, голубые, темно-синие оттенки, бесконечное множество цветов. Они постоянно сменяли друг друга, даже не каждое мгновение, а при каждом новом взгляде на них. Ему еще столько всего предстояло увидеть.

Его отец был мертв уже два года, но Алекси слышал его голос так, словно он был здесь. И сейчас он был уверен, что Иван был прав.

Она шла по пляжу. Длинный белый саронг окутывал ее бедра, но открывал взгляду ее грудь, едва прикрытую купальником. Ему казалось, что он слышит тихий перезвон ее браслетов, ее кожа была бронзовой от загара, ветер играл с распущенными темными кудрями. И в ней была уверенность, которую, как он считал по глупости, она приобрела в его объятиях.

А рядом с ней по песку шел мужчина, с такими же светлыми, как у Джорджи, волосами, и Алекси понял, что это и есть Крег.

Они были вместе. И между ними чувствовалась невидимая связь, которая разрывала Алекси сердце. Отвращение скрутило узлом его внутренности, он проклинал свою глупость и слепоту, проклинал себя за то, что на мгновение поверил, что он тоже может быть любим, что сможет кому-то довериться.

Когда Крег заключил Кейт в объятия, а она на несколько секунд прижалась к нему, Алекси почувствовал, как его охватывает всепоглощающая ревность. А через мгновение она сменилась сожалением.

Сожалением, что это не он.

Что Джорджи не их с Кейт дочь.

— Ой, а что ты делаешь дома? — В ее голосе звучал восторг, который он еще несколько минут назад посчитал бы вызванным его присутствием. Как глупо.

Его мускулы были сведены от переполнявшего его кровь адреналина, волосы на его шее стояли дыбом, он едва мог дышать. Его тело кричало, требовало битвы, а он стоял не шевелясь и смотрел на нее. Он хотел услышать ее ложь, в глубине души все еще надеясь, что этого не произойдет, что она скажет ему правду.

— Просто гуляла, — улыбнулась Кейт. — Сегодня прекрасный день. А ты как оказался дома так рано?

— Приехал за своим компьютером. За настоящим.

— За тем, который ты прячешь от Нины? Зачем?

— Беленки здесь. Одевайся, мы должны встретиться с ним в офисе в час дня.

Кейт одеваться не хотела.