Мои убийственные каникулы

Но попробуй добейся этих целей, когда она улыбается до ушей и выглядит как победительница конкурса на самую мокрую майку! – Давай переждем дождь здесь.

Она недоверчиво смотрит на тяжелую деревянную дверь.

– Думаешь, у них открыто?

– У них всегда открыто.

Я вталкиваю ее в темный вестибюль. В нефе теплится свет, но, насколько я могу судить, в церкви нет ни души. Тейлор подпирает каменную стену и увлеченно лижет свое мороженое. Снаружи бушует стихия, нет никаких признаков, что она скоро уймется. Зато здесь – особый, уединенный мир, только для нас двоих.

Хорош фантазировать, уймись, пока не поздно.

– Дай попробовать твое, – просит она, отвлекая меня от тревожных мыслей. Она со мной кокетничает или это опять мое воображение? – А ты можешь откусить у меня.

Сначала мне чудится в ее предложении что-то сексуальное, но я вовремя вспоминаю про мороженое. Я подношу к ее рту свое мороженое, и у меня сводит яйца от того, как она его лижет, потом запускает в него зубы, оставляя скромный след, жмурится. – Вкусно, но жирновато, достаточно одного укуса.

– Неженка.

Она мелодично смеется.

– Теперь твоя очередь. – Она сует мне свое мороженое. – Откуда ты знаешь, что у католиков всегда открыто? Ты вырос в католической семье?

Я киваю и отъедаю от ее мороженого так много, что она ахает."

"– Особенно старалась мать. Каждое воскресенье водила нас в церковь. Заставляла надевать рубашечки с воротничками и потом пересказывать проповедь. Если подозревала, что во время службы мы отвлеклись, то потом не отпускала играть с друзьями в бейсбол.

– Крутая была у вас матушка!

– Это еще мягко сказано. – Она бы от тебя была в восторге, как и все остальные. – А ты не посещала в детстве церковь?

– Иногда, на Рождество. Родители много разъезжали. Никогда не могли прижиться в общине. Их всегда считали чудиками, плохими родителями, потому что они постоянно рисковали собой. Крестоносцы от искусства, с такими опасно соседствовать.

– Вам с Джудом тоже было трудно приживаться?

– Мне – может быть. Но не Джуду: он всюду заводит друзей, притягивает людей своей открытостью ко всему новому.

– Это ты воспитала его уверенным в себе.

Она замирает, не успев поднести ко рту свое мороженое.

– Что?..

– Я про Джуда. Ваши родители всегда были заняты. Его вырастила ты. А теперь… – Я ем мороженое, удивленный ее смущением. Неужели она не знает заранее все, что я могу ей сказать? – Ты до сих пор главная его опора. Согласен, он молодец. Он мне нравится. Но глядя на тебя, можно подумать, что он излишне восторженный, что он так уверен в себе и храбр только благодаря тебе.

– Боже! – К моему ужасу, ее глаза наполняются слезами. – Ты говоришь такие чудесные вещи.

– Говорить правду легко и приятно.