Мой Сводный Лёд

Я нагнулась и подняла этикетку “Три орешка для белочки”. Хотела выбросить, как заметила знакомые символы внизу. Достала свой кулон, который отдала мне мама, и заметила всё те же символы — это племя Мойя. Их разработка.

— Орехи! — выдохнула я и повернулась к братцу. — Кажется, они действительно исполняют желания! Я подумала, что это просто такой торговый ход для привлечения внимания, но видимо… Так, ёлка и дом — это два орешка, а где третий?

Если они действительно исполняют желания, значит, исполнят и моё! А моё желание намного важнее какой-то ёлки и хрустального дома. Нет-нет, я не уничижаю чужие стремления, просто… мне правда очень нужно. Ещё столько всего в жизни нужно успеть!

Хоть бы она оставила третий…

Я бросилась вперёд, прервав белку на припеве, и, схватив её за шкирку, притянула к себе.

— Чего делаешь?! А ну отпустила!

Зрители недовольно переглянулись, поэтому пришлось уйти под ёлку, в угол, чтобы на нас не обращали внимания. Лирей остался стоять поодаль, разгоняя студентов и говоря им, что представление закончено. Хоть чем-то братец оказался полезен — своим безупречным авторитетом.

Я вновь вспомнила, как на первом курсе избежала участи Принцессы. Я бы в этом году и вовсе не пошла на бал, если бы не мамины слова и мой шанс выжить. Что я там не видела? Как непрошибаемая ледышка выбирает себе очередную глупую влюблённую в него избранницу?

Не знаю, что бесило больше: наивные магини, готовые заглядывать ему в рот, или Лирей, который умело пользоваться тем, как девушки падали к его ногам. Наверное, всё же второе. Он-то знал, что влюбляются в него исключительно за смазливую внешность, не подозревая, какой скверный характер за этим скрывается. Или его скверный характер достается исключительно мне?

Впрочем, не важно. Сейчас намного важнее белка.

— Где третий орех? Ты ведь его не использовала? Только не говори, что потратила его на усиление голосовых связок или певчий талант.

— Ещё чего! Это мой природный дар, — оскорбилась белочка, — а орешек я потратила на то, чтобы убрать вчерашние осколки. Надо же было где-то всё это великолепие ставить.

Я не сразу поняла, о чём она. А как поняла…

— Ты потратила целое желание на уборку? — изумлённо уточнила я.

— А чему ты удивляешься? Есть цена и ценность. Мне ценнее было жить в чистом месте, при этом не поранив лапки. Ты ведь не захотела всё убирать.

И я такую вину за собой почувствовала. Если бы я только вчера сделала это…

— А что? — прищурилась белка. — Тебе неожиданно понадобился орех? Вот будет тебе наказание: мои просьбы нужно исполнять!

Может, Лирей был прав и её следовало усыпить? Впрочем, если бы не она, я бы вовсе не нашла те три орешка. А если вернуться в ту лавку и проверить, может, там есть ещё? Надо будет зайти к ректору и отпроситься в город.