Мой Сталинград

Унтер-офицер Йозеф Шумахер, не лишенный чувства юмора, сохранивший его и в этих, далеко не веселых обстоятельствах, пишет 29 декабря 1942 года:

«Вши... это хотя очень милые и преданные маленькие животные, но они не взяты на довольствие, и нам приходится отдавать им свою часть, а это в настоящее время не совсем хорошо делать».

А солдат Отто Зехтиг сообщает в своем письме от 29 декабря 1942 года:

«Тут, в Сталинграде, я зарезал три собаки. Можете себе думать что хотите, главное в том, что мясо вкусное. Я сварил себе сороку. Могу Вам сказать, что она имеет вкус курицы – суп был такой желтый...»

Совсем уж горькие строчки вышли из-под пера старшего ефрейтора Иоганна Кенига 30 декабря 1942 года:

«Еще пройдет некоторое время, пока мы будем освобождены, нам так или иначе будет капут... Надеемся, что все это изменится, ибо иначе мы едва ли снова увидим родину... Хайль Гитлер».

Вот как хотите, так и понимайте это «хайль». Я бы понял его не иначе, как издевку, злющую иронию. Но можно расценить слова ефрейтора как выражение клятвенной верности обожаемому фюреру, сражаться за него до последнего часа жизни. Дерутся же немцы отчаянно в немыслимо тяжелых условиях не из одного же страха перед своими командирами?!

В первый день нового 1943 года солдат Альфред Pep жалуется кому-то:

«Много радостного сообщить тебе я не могу. Мы ведь до сих пор в окружении. Кучка становится все меньше. Наша рота расформирована... Я считаю правильным сообщить тебе правду о нашем положении. Вы там на родине не имеете никакого представления о том, что мы тут выносим и что нам еще придется пережить. Это Рождество и Новый год останутся навечно в моей памяти. Мое состояние здоровья тоже ухудшилось: концы пальцев на руках и пальцы ног приморожены. К этому большие нарывы на теле. Мази от мороза нет, вши заедают нас, и несмотря на это я должен быть доволен, т. к. другим еще хуже».

Унтер-офицер Хуго Куне, как бы перекликаясь в этот первый новогодний день с Альфредом Рером, своим братом по несчастью, с нескрываемым гневом пишет:

«В сообщении командования вооруженными силами говорится:

«Соединения транспортных самолетов снабжают передовые опорные пункты армии». К сожалению, даже лошадей становится все меньше.

У Йозефа Гросса была собака, «ее песенка тоже уже спета», это не шутка».

29 декабря 1942 года фельдфебель Густав Креме все еще верит, что, как бы долго ни пришлось ждать, но «фюрер нас выручит, и поэтому выдержим».

А вот в мозгу обер-ефрейтора Арно Бееца, кажется, зашевелилось сомнение.