Мой кошмарный принц

Я с ним сталкивался по работе неоднократно, его очень ценят за неподкупность. Собственно, поэтому мы с Олегом Беляевым, следователем, ведущим это дело, и были спокойны. А тут…

Андрей Игоревич запнулся, но было и так ясно, что же он хочет сказать. Ася не стала дожидаться завершения его речи и задумчиво заметила:

— У всех есть слабости. И не обязательно деньги. Жены, дети, любовницы… Главное, знать, на что надавить. Тебе ли об этом не знать, папа? Вы когда меня искали, тоже за все хватались. Думали, что твои расследования имели к этому отношение.

Сказала, и только потом сообразила, что ляпнула и перед кем. Как-то она сильно расслабилась, забыла, что у некоторых актеришек ушки на макушке. Слишком уж кому-то было любопытно.

— А ведь девочка права, Андрюха, — тороплив заметил Родион, заметивший заминку крестницы. И в этот момент Ася как никогда обожала его! — С нашей стороны мы должны посмотреть, чем они так зацепили Дробицкого. Деньги деньгами, но там вполне мог сработать метод кнута и пряника.

— Кстати, по поводу директора художественной галереи, на которую все хотят повесить, — Андрей Игоревич задумчиво потер пальцем подбородок, — надо бы навестить галерею. Посмотреть, что там творится. Мы ее подозревали, что с ней не все просто. Но там к ней не прикопаешься.

— Так давайте мы с Асей сходим туда? — предложил Стас. — На выставку какую-нибудь. Сыграем парочку. Так сказать, разведка боем.

— А это идея, — согласно кивнул Андрей Игоревич, про себя решив, пусть лучше дочурка в художественную галерею сходит, чем еще куда-нибудь полезет. — Только ты фамилией не свети.

— Если что, моей представится, — невозмутимо пожал плечами Стас, явно продолжая изображать из себя камикадзе.

— А ты, — внимательно посмотрел на него Родион Константинович, — забираешь сестру и усылаешь ее на недельку подальше отсюда. По-хорошему, и сокола этого ясного, — перевел он взгляд на Марка, — стоит куда-нибудь отправить. У Аси ему лучше не светиться, учитывая, что Андрей связан с этой историей.

— Я никуда не поеду, — твердо заявил Марк. — Я это заварил, я и должен разбираться.

— На даче у моей сестры поживешь, — коротко распорядился Мирославцев. — Денек тут перекантуешься, завтра тебя заберу. А пока все, детишки, отдыхайте.

Асе не спалось. Она чувствовала себя полной идиоткой, сидя в темноте перед включенным ноутбуком, но не могла ни уснуть, ни работать. Слишком многое произошло из того, что давило на нее морально. И она ничего не могла с этим поделать.

И, как ни печально это признавать, все больше и больше ее мыслей занимал этот кудрявый кошмар. Ее откровенно бесила его самонадеянность, то, как он уверенно прописывает свой очень и очень туманный статус среди ее близких, но ничего поделать не могла. Рот ему не заткнешь.