Мой кошмарный принц

— Понял, — Стас даже не стал спорить, видимо, сам опасался, что Власта во что-нибудь влезет. — Организую.

— А ты, — Андрей Игоревич перевел взгляд на дочь. Этого-то она и боялась. Кажется, придется сейчас отстаивать свою взрослость и независимость. — Ты никуда не лезешь. Делаешь только то, что тебе скажут. И ничего кроме. Думаешь о собственной безопасности и…

— И не тыришь чужие письма, — с ухмылкой закончил за него Родион Константинович и усмехнулся, глядя на стремительно краснеющую Асю. Вслед за ними к девушке повернулся и Стас, пытаясь разобраться, что же все-таки имелось ввиду.

— Какие письма? — не понял он, чувствуя, что разгадка где-то совсем рядом, кажется, протяни руку, задай нужный вопрос — и он все поймет.

— Сейчас это не имеет значения, — кинула девушка сердитый взгляд на Мирославцева. Она не на секунду не усомнилась — детектив сказал про письма не зря. Судя по всему, Белозеров его впечатлил, и он решил кинуть тому подсказку. Небольшую, всю картину он все равно сопоставить не сможет, но зацепку ему дали.

— Ну, мне кажется, это что-то важное и интересное, — заспорил Стас, косясь на Асю. Ее реакция говорила о многом — кажется, он на полшажочка приблизился к тайне. И опять дверь захлопнули.

Его замечание привлекло внимание Андрея Игоревича.

— А ты что так заинтересован-то? — полюбопытствовал он, разглядывая незнакомого паренька.

— А я зять ваш будущий, — невозмутимо отозвался Стас. Словил прицельно брошенную заботливой «невестой» подушку и добавил, — возможно.

— Папочка, он труп будущий, — отозвалась Ася, не сводя взгляд с соседа. — И даже без возможно. Дядя Родя, меня Кир же отмажет?

Мирославцев не ответил. Он был слишком занят — ржал. Громко, весело, от души. Наглость парня ему откровенно импонировала.

— Так, я понимаю, это сейчас немного не в тему, — Строганов-старший оставался максимально спокойным. — Но что здесь происходит?

— А это как в песне, «здравствуй, камикадзе», — Ася примеривалась, чем бы еще можно стукнуть «женишка». Как-то он вообще…не в тему был.

— Цыц, спокойно, — поднял ладони вверх Белозеров. — Ты все-таки женщина, а не боец без правил.

— Точно суицидник, — продолжал веселиться Мирославцев. — Ребят, мы вам не мешаем? Кнопка, потом его прибьешь, наедине. Авось и внуки у Андрюхи появятся.

Ася наградила его испепеляющим взглядом, снова плюхнулась на диван, как примерная девочка сложила ладони на коленях и чопорным тоном произнесла:

— Давайте все-таки вернемся к нашему вопросу. Ты ведь знаешь, кто тот судья?

Отец оценивающе оглядел обстановку, помолчал пару минут, а потом выдал:

— Конечно, знаю. Аристарх Кириллович Дробицкий. И, откровенно говоря, я очень удивлен, что они смогли его подкупить.