Мой граф

– Здравствуй, отец, – угрюмо поздоровался он, потом посмотрел на возницу серой кареты. – Где она? – прокричал он со спины Принца, и ему было наплевать, кто услышит муку и отчаяние в его голосе.

– Это была ошибка, – испуганно забормотал возница. – Это старый джентльмен заставил меня. Я просто хочу поскорее домой. Леди Пиппа в карете, и она пообещала, что если я буду хорошо себя вести…

– Она в карете? – Грегори затаил дыхание. Возница кивнул, и Грегори тихо выдохнул.

Пиппа вернулась. Слава Богу.

– Вот он, наш шанс, – тихо сказал он Принцу и спрыгнул на землю. Ноги болели от долгой быстрой скачки, но Грегори подошел к отцу с прямой спиной.

– Нам надо поговорить. По возвращении в Тарстон-Мэнор. – И не только о Пиппе.

Но не сейчас. Сейчас не время.

– Ты прав, – с сильным ирландским акцентом отозвался отец.

А это значит, что он ужасно сердит. Но в эту минуту Грегори было все равно.

Его руки сжались в кулаки. Он хочет поскорее увидеть свою Пиппу!

– Позволь мне. – Отец открыл дверцу кареты, и появилось прелестное матушкино лицо с мягкой улыбкой на губах.

Сердце Грегори стало биться чуть менее сбивчиво. Матушка всегда умеет разрядить обстановку.

– Как я рада видеть тебя, сынок, – сказала она и позволила отцу обхватить ее за талию и спустить вниз.

Они вместе прошли мимо Грегори к Принцу. Через минуту Грегори услышал, как отец, заядлый лошадник, тихо с восхищением в голосе заговорил с Принцем. Отец, без сомнения, подержит за Грегори поводья призового жеребца.

Но Грегори не стал оглядываться. Глаза его были прикованы к Пиппе, которая стояла в проеме дверцы экипажа и смотрела на него. Волосы каскадом растекались по плечам, полы широченной рубашки вылезли из бриджей.

Всего лишь два ярда – и целый мир боли – разделяли их.

– Лорд Уэстдейл, – проговорила Пиппа со своего возвышения, – пожалуйста, скажите мне кое-что.

– Все, что хочешь, – ответил он.

Она спрыгнула на землю.

– Почему ты хочешь, чтобы я поехала в Лондон?

Его ответ вышел так же естественно, как дыхание.

– Потому что я не могу жить без тебя. Потому что я люблю тебя, Пиппа. Моя дорогая, если бы ты знала, как…

Но, не дав Грегори договорить, она прыгнула ему в объятия.

– Грегори. – Она обвила его ногами за пояс, руками – за шею и крепко-крепко поцеловала в губы. А потом спрятала лицо у него на шее и прижалась всем телом. – Не отпускай меня, – прошептала она.

– Не отпущу, – тоже шепотом отозвался он и чмокнул ее в макушку. Подняв глаза, он увидел родителей рядом с Принцем. А вдалеке показались несколько всадников, включая женщину в седле. – Больше никогда не отпущу.

Пиппа чуть ослабила объятия и немножко отстранилась.

– Мистер Доусон спит, но он болен. Ему нужна помощь. Только не позволяй никому обидеть его, пожалуйста.