Мой чужой король

И говорю тебе, мой король, что ты не следуешь своим клятвам и не защищаешь меня. И потому по данному мне праву королевы, беру защиту в свои руки. И назначаю своим охранителем Дага, который становится теперь неприкосновенен… в том числе и для королевской руки.

И снова я вижу Тьму, взметнувшуюся крыльями за спиной Ворона. И чувствую, как его сердце затапливает лед и чернота… столь сильные, что я сама начинаю задыхаться. Но я выдерживаю его взгляд.

И возмущенные крики его людей.

И брошенное с отвращением:

— Да будет так… слово короля.

Я лишь киваю с не меньшей неприязнью.

Ну и сколько слов ты говорил уже, не мой король? И что из них стало не только словом?

— Вы рискуете, кюна, с таким отношением к мужу, — глухо произносит Даг рядом со мной, — Если он соберет достаточно причин, чтобы отказаться от вас или привести к плахе, даже я ничего не смогу поделать.

— Все может быть, — пожимаю плечами с кажущимся спокойствием, — Кто знает степень его хитрости — быть может он именно этим и занят. Но зато ты теперь со мной… пусть и столь жестоким путем.

Я не могу сдержать счастливой улыбки, несмотря на золу, покрывшую будто все мои внутренности.

— Расскажи, как тебе удалось.

ГЛАВА 23

… - Даг, у меня получилось! Я смогла! — что не вопят как дикарки дочки королей, но сдержать брызжущий во все стороны восторг не смогла на этот раз — видят боги, я и так постоянно себя сдерживала. Чтобы не ответить хамством на хамство, чтобы разбить о непоколебимость скалы смешки и нападки сестер и братьев, чтобы не отстаивать с кулаками то, что считала своим — мне же потом и доставалось наказание.

Но сегодня не могла не кричать — получилось ведь, впервые за все то время, что меня тренирует охранитель! Я попала из лука в мишень настолько далекую, что выстави меня на ярмарке против уважаемого воина — никто так не сделает, конечно, но можно же зажмурится и представить? — я бы показала результат не хуже, а то и лучше.

— Замечательно получилось, Эсме, — Даг был скуп на похвалу, но удовлетворенно дрогнувшие уголки губ сказали мне больше, чем льстивые слова. Вот уж в чьей честности и преданности не сомневалась никогда — в нем и в старой Нья. И как-то менее болезненно воспринималась с его появлением и увядание женщины, что меня выходила и воспитала… Как-будто мне наглядно показывали — вот он, естественный круговорот мира. Старые отходят на второй план, а потом плывут на своих горящих драккарах в подземные реки. И им на смену приходит новое. Или кто-то молодой, сильный — и это было немного лишь грустно, зато без отчаяния…

Воспоминания родили легкую улыбку на моем лице и желание еще раз убедиться, что все это не сон — мой охранитель снова со мной. И ведь никогда и не уходил.