Две могилы

Стол был завален полицейскими отчетами, данными служб безопасности отелей, фотографиями, составленными ФБР досье, судебными материалами и прочими документами, касающимися одного дела — Убийцы из отеля. Которым оказался его сын Альбан.

Его сын. Как раз эти слова больше всего и мешали ему думать.

Пендергаст бродил вдоль стола взад и вперед, разглядывая то один, то другой документ. Наконец он сердито тряхнул головой, подошел к размещенному в нише стены проигрывателю и включил его. Из встроенных динамиков полились мощные, торжественные звуки шестиголосного ричеркара[66] из «Музыкального приношения»[67]Баха.

В кабинете Пендергаст слушал только этот фрагмент, и вовсе не для удовольствия. Сложное, чисто математическое построение мелодии помогало ему мыслить логически.

Под звуки музыки его шаги постепенно замедлились, а изучение разбросанных по столу документов стало более внимательным и детальным.

Его сын совершил несколько убийств. Тристрам сказал, что Альбану нравится убивать. Но зачем ему нужно было ради этого ехать из Бразилии в Нью-Йорк? Почему он оставлял на месте преступления отрезанные у брата части тела? Зачем писал кровью на телах жертв сообщения, которые могли быть адресованы только самому Пендергасту?

«БЕТАТЕСТ». Бета-тест. Очевидно, в этом и заключалась причина убийств. И обнаружить убийцу должен именно Пендергаст. Или, возможно, с помощью убийств хотели обнаружить его. Все остальное не имело смысла.

Под изящные, фантастически сложные контрапункты[68] Баха Пендергаст заново пересматривал документы, создавая собственный логический контрапункт, сравнивая даты преступлений, время суток, температуру воздуха, адреса, номера комнат в отелях, возраст жертв — все, что могло обнаружить какую-то систему или закономерность в этих убийствах. Так прошло десять минут, двадцать. И вдруг агент замер в напряжении.

Склонившись над столом, он поменял местами несколько листов бумаги и просмотрел их снова. Вынул ручку из кармана, записал серию цифр в нижней части одного из листов и еще раз сверил их с документами.

Ошибки не было.

Он взглянул на часы и с быстротой молнии бросился в другую комнату, уселся за компьютерный столик и ввел запрос на клавиатуре. Прочитал ответ, тихо, но красноречиво выругался на латыни, затем взял телефон и набрал номер.

— Д’Агоста слушает, — донесся до него ответ.

— Где вы, Винсент?

— Пендергаст?

— Повторяю еще раз: где вы?

— Еду по Бродвею мимо Пятьдесят седьмой улицы. Мне нужно в…

— Поворачивайте назад и приезжайте к «Дакоте» как можно быстрее. Я буду ждать вас на углу. И поторопитесь: у нас нет права опоздать.

— Что случилось? — удивился д’Агоста.

— Поговорим в машине. Надеюсь, что мы приедем не слишком поздно.