Притворись моей любовью

Брамион вскочил на ноги и покраснел, как только рыжие умеют: густая краска залила его до корней волос.

— Если бы не моя истинная, ты бы сейчас так бодро не выступал. Я тебя не тронул, только чтобы не расстраивать её. Так что за сохранность своей шкуры благодари Мадлен.

— Непременно. И заодно поздравлю, что она избавилась от вспыльчивого слюнтяя, с которым ей приходилось нянчиться. Уверен, она найдёт своё счастье. А вот ты без неё ничего не стоишь.

— Не тебе решать, чего я стою, демон. Ты… ты… Ты жестокое порождение тьмы! – Брам тяжело задышал. Я усмехнулся, собираясь сказать, что его подколки достойны малышни, но Брам добавил: – Сердца у тебя нет!

Меня как холодной водой окатило. Гнев толкнул вперёд, я дёрнулся к Кадуму, решив, что ему не жить, но остановился на полпути. Брам смотрел на меня в упор, сжав кулаки и пригнув голову. Подмывало придушить его прямо здесь и сейчас, но я развернулся, бросился вон из башни, хлопнув дверью так, что стены заходили ходуном.

— Рудио, — я постучалась в ванную комнату. — Ты в порядке? Не ранена? Почему ты плачешь? Это из-за Эдгара?

— Да какого ещё Эдгара? Я уже забыла про него, — раздался из-за двери бубнёж.

Забыла про Эдгара? Очень похоже на Рудио: быстро увлекаться и также быстро забывать о предмете своей страсти.

Рудио выглянула из ванны, прошмыгнула мимо меня, вся в слезах, с красными глазами, уселась на кровать и отрешённо уставилась в тёмное окно.

— Я не думала, что огневик такой опасный. Мне казалось, он безобидный. И я вовсе не хотела, чтобы весёлое приключение закончилось ранением.

— Нам повезло, что только ранением, — заметила я, подходя поближе к ней.

— Я так испугалась, когда он полетел к тебе! Прости, что так вышло. Но я верила, что ты справишься.

— Если бы не Акси, возможно, не справилась бы, — заметила я, рассеянно перебирая тетради на столе. — Не обижайся, но Нальди прав: ты слишком легкомысленна.

Обычно когда я ей говорила что-либо подобное, Рудио отмахивалась или начинала спорить, но сейчас она только вздохнула.

— Наверное, я должна извиниться перед Нальди. И перед Тайджеем. Если кто-нибудь узнает о происшедшем, он же лишится работы. — Рудио помолчала, потом продолжила: — А Тайджей симпатичный, правда?

Меня аж оторопь взяла.

— Хватит думать только о мужчинах! Помнишь, как ты влюбилась в профессора Ворна? До первой двойки. А потом в орка. До первых выходных. Затем в дракона. Как его? В Сальвена. Потом Эдгар. Теперь ты и его разлюбила.

— Ну-у, я подумала, что мы не созданы друг для друга. И кажется, он с Финеттой. Никогда бы не подумала на эту тихоню! Надо же, охмурила ледяного МакКоллина. И он хорош, таким неприступным казался, и на тебе. Но раз у них любовь, я готова отпустить Эдгара. Пусть не грустит, что я ему не досталась.

— А не наоборот? — не сдержала я иронии.