Мужчина из моего прошлого

А я так и остаюсь сидеть на полу, четко осознавая, что только что сама разрушила свою жизнь.

Глава 30.

Почти семь лет назад

— Чем эта больница лучше предыдущей? — спрашиваю папу, который задумчиво смотрит в окно моей палаты.

— Здесь, говорят, очень хороший врач.

— Про предыдущих врачей ты тоже говорил, что они хорошие.

— Этот еще лучше тех. К нему не попасть и не записаться.

— Чем он лучше тех? — хмыкаю.

— Работает с очень сложными случаями."

"Больше ничего у папы не спрашиваю, а смиренно закрываю глаза. Снова разболелась голова. Опускаю на живот руку и слегка поглаживаю малыша. Он обязательно родится у меня здоровеньким, я все для этого сделаю.

Каким-то невообразимым чудом в результате ДТП и сильнейшего падения я не потеряла ребенка. Удар автомобиля пришелся на левую сторону, поэтому у меня перелом левой руки и вывих левой ноги. Еще сотрясение мозга и сильный ушиб спины.

Но в травматологии я не лежу, меня сразу отправили в гинекологию. Хоть и удалось сохранить ребенка, а угроза выкидыша настолько высокая, что мне запрещено вставать с больничной койки. Даже в туалет. Для этого у постели стоит судно, которое под меня подкладывает персональная медсестра. Я нажимаю кнопку на кровати, и она приходит.

Не знаю, чем новый врач может быть лучше предыдущих. Возможно, это все папина паранойя, что меня плохо лечат, недостаточно мер предпринимают для сохранения беременности. Хотя, как по мне, куда опаснее перевозить меня из больницы в больницу.

Но эта и правда крутая, хоть и государственная. Вроде как здесь лечатся только высокопоставленные чиновники: министры и им подобные. За деньги могут лечить и не чиновников, но здесь очень дорого и все время нет мест. Но папа как-то смог выбить мне не просто место, а индивидуальную палату.

— Все будет хорошо, Сонечка, — папа опускается на стул рядом с койкой и едва ощутимо гладит меня по волосам.

Глаза наливаются слезами.

— Мама ненавидит меня за то, что я беременна.

— Не правда, — одергивает. — И вообще, не думай о маме.

— Поэтому она и не приходит. Она говорила: «Так я и знала, что Соня залетит от этого уголовника!».

— Она не приходит, потому что у нее много работы в школе. Учебный год начался.

— А у тебя разве не много работы в суде? Но ты приходишь, ты занимаешься моим лечением, ищешь мне лучших врачей.

Слезы уже градинами катятся по лицу. Я знаю, что мне нельзя нервничать, но не могу. Я не понимаю, за что мама так со мной, я ведь ее дочь. Непутевая, как она говорит, но ведь ее дочь.

— Сонечка, я прошу тебя, хватит, не плачь. Ты должна думать о ребенке, а не о маме.

Киваю едва заметно. Да, папа прав. Я должна думать о своем малыше. О нашем с Димой малыше. Я не могу потерять еще и его. Я лишилась Димы, если я лишусь еще и нашего ребенка, то у меня больше не будет смысла жить.