Дневник моего исчезновения

Даже не смотрит на нас, хотя мы стоим прямо перед ним. Снег тает на куртках и капает на пол.

– Мы встречались с Эсмой, – начинает Андреас. – У Ханне оказался медальон, принадлежавший Эсме.

Манфред отстраненно кивает. Мысли его явно далеко. Взгляд устремлен в невидимую точку на стене.

– Тут много чего произошло.

Мы ждем продолжения, но он только медленно кивает головой. Потом прокашливается и поясняет:

– Во-первых, к нам поступила информация от подростков из Вингокера. Они утверждают, что видели темный «вольво» старой модели на обочине шоссе между могильником и заброшенным заводом в тот вечер, когда исчез Петер и была убита неизвестная женщина.

– Эта информация достоверна? – спрашивает Андреас.

Манфред смотрит на свои обветренные руки. Кожа вокруг ногтей ободрана. Признак нервозности.

– Они утверждают, что ехали на мопеде сюда из Вингокера.

Андреас недоуменно смотрит на него:

– И?

Я тайком толкаю его в бок.

– Они вели машину, – поясняю я. – Без водительских прав. И потому не позвонили раньше, да?

Манфред кивает.

– Скорее всего, да. Они видели темный «вольво». В машине сидел лысый мужчина.

У меня перехватывает дыхание.

– Стефан Ульссон, – выдыхаю я. – Под описание подходит. У него темно-синий «вольво».

– Заберем его на допрос завтра, – командует Манфред. – Я позвоню прокурору, но, думаю, у нас достаточно оснований для задержания.

Манфред тяжело поднимается. Идет к стене и встает перед фотографией женщины без лица в снегу. Поднимает руку, тычет жирным пальцем в глянцевый снимок и произносит:

– Еще кое-что. Звонили судмедэксперты. Готов ДНК-анализ убитой женщины.

– Уже? – удивляется Андреас. – Но обычно это занимает…

– Это дело приоритетное, – перебивает Манфред. – Они отложили все другие вещи на потом.

– И? – спрашиваю я.

Манфред медленно качает головой.

– ДНК-профиль поразительно близок ДНК Нермины Малкоц.

– И что это означает? – все еще недоумевает Андреас.

Мне достаточно секунды, чтобы провести логическую связь."

"Комната начинает кружиться у меня перед глазами, шум обогревателя превращается в невыносимое жужжание у меня в ушах. Оно звучит так, словно огромное облако навозных мух с блестящими ядовито-зелеными тельцами и фасеточными глазами вот-вот ворвется в наш маленький участок.

Я опускаюсь на стул и хватаюсь руками за край стола. Мне кажется, что я сейчас хлопнусь в обморок.

– Боже мой, – шепчу я, – это ее мама, не так ли? Женщина без лица в могильнике – Азра Малкоц, да?

– Близкая родственная связь, – отвечает Манфред. – Это единственное, что они могут сказать наверняка. Но да. Специалист, с которым я говорил, подтвердил, что, скорее всего, это Азра Малкоц.

Джейк

Утро субботы тихое и серое.