Дневник моего исчезновения

– И я спросила Маргарету, нельзя ли воспользоваться ее амбаром…

– Но я же сказала, что не хочу праздновать свадьбу там.

– Но Малин…

У мамы такой тон, как всегда, когда она приложила усилия и не чувствует благодарности.

– Я не хочу.

– Но тут слишком тесно. Всем места не хватит.

– Мы поставим шатер в саду."

"Мама качает головой и с таким грохотом ставит на стол кофейную чашку, что я пугаюсь, как бы та не разбилась. Мамина бледная шея дрожит от волнения.

– Шатер? В жизни не слышала таких глупостей. Амбар намного лучше.

– Прекрати. Я не хочу праздновать у Маргареты. Она везде сует свой нос.

– Мы многим обязаны Маргарете.

– Я знаю. Но не на этот раз. Это моя свадьба, понимаешь?

Мама хмыкает, но отступает.

Маргарета всегда всем заправляла в Урмберге. Она владелица нескольких гектаров земли и живет намного лучше остальных, хоть по их с Магнусом дому этого и не скажешь. Каждая семья в Урмберге хоть раз одалживала у Маргареты деньги. Так что в наших местах она влиятельный человек. Люди прислушиваются к ее мнению и следуют ее советам.

Помимо влияния на людские умы, предприимчивая Маргарета сделала для Урмберга много хорошего. Например, пробила строительство дороги и продление автобусного маршрута из Вингокера до церкви. А прошлой зимой заставила коммуну почистить тут снег.

Мама тяжело вздыхает, но решает не настаивать.

– Ты уже выбрала платье? – спрашивает она в попытке помириться.

– Нет.

– Можешь надеть мое. Правда, придется его ушить, – смеется она.

Моя мама полная и всегда была такой.

Мы об этом никогда не говорим. В Урмберге на такие вещи не обращают внимания. Я помню, что в молодости мама пробовала разные диеты. Какое-то время питалась только яйцами и салатом айсберг. В другой раз, в конце девяностых, жила на одних бульонах и винограде. После смерти папы она бросила попытки похудеть и перестала бояться жирной еды и выпечки.

– Подожди минутку, – просит она, поднимается и идет к книжному шкафу.

Потом возвращается со старым фотоальбомом.

– Мама, – возражаю я, – может, завтра посмотрим?

– Только покажу тебе одну вещь, – говорит она и листает альбом.

Перед глазами мелькают снимки из детства. Тощая девочка с двумя темными косичками. Бледное, белое тело в надувном бассейне на газоне. Магнус-Мошонка вытаращил глаза, вытянул толстые губы трубочкой и смотрит, как Маргарета везет меня по дорожке в его старом игрушечном красном автомобиле.

Я зеваю. Мама ничего не замечает. Продолжает целенаправленно листать.

– Вот! – восклицает она.

Я рассматриваю бледный поляроидный снимок папы и мамы перед церковью. По позам и выражению лиц видно, что им неловко. Я невольно улыбаюсь. Меня переполняет нежность, а также смешанное чувство любви и горя от того, что все это ушло в невозвратное прошлое.